Корпус секретариата поднят на открытую галерею, образованную рядами мощных двухшарнирных рам. Стойки верхних семи этажей опираются на них и несут перекрытия с консолями, на которые навешена наружная стена Характерна для метода Нерви скульптурная форма нижних опор, выражающая своей пластикой сложную игру усилий, вызванных вертикальными нагрузками ветровым давлением и обеспечением продольной устойчивости конструкции

Когда в начале пятидесятых в европейских городах стали множиться небоскребы, следующие созданному Мисом образцу, Нерви предложил идею конструкции, позволившую уйти от стереотипа — прямоугольной призмы. Вместе с архитектором Джо Понти, конструктором Артуро Дануссо и другими он создал 32-этажный офис фирмы «Пирелли» в Милане (1955-1959). Условия места обязывали придать зданию узкий, относительно протяженный корпус, при котором важнейшим фактором становилась ветровая нагрузка Сократить ее помогло сигарообразное очертание плана Основные горизонтальные усилия воспринимают четыре массивных железобетонных пилона, которые делят пространство этажей на три части. Поднимаясь от основания, пилоны раздваиваются, превращаясь в рамы, сечения которых сокращаются по мере увеличения высоты. Продольную жесткость обеспечивают торцевые части объема, каждая из которых образована парой глухих трехгранных железобетонных призм. Вертикальные элементы жестко связаны между собой плитами перекрытий. Пластичный объем динамичен, контрастность композиции резко выделяет его среди небоскребов того времени с их нейтральной механистической геометрией.

Банальностям неоклассицизма конца 1950-х Нерви противопоставил парадоксальную интерпретацию классических тем, основанную не на «мотивах», но на логике формообразования, — Дворец Труда в Турине (1961, с Антонио Нерви). Квадратный план со стороной 158 м расчленен не решеткой балок на опорах, а двухметровыми интервалами, разрезающими бетонное покрытие на 16 независимых квадратных плит, каждую из которых несет мощная бетонная колонна Коническую капитель продолжает веер из стальных консолей. Каждое звено — геометризированная абстракция дерева с раскинутой кроной; остекленные интервалы, членящие плиту покрытия, подчеркивают их независимость. Сечение колонн двадцатиметровой высоты у основания крестообразное; наклонные грани, сближаясь, соединяются у капители в единый цилиндр Объем замкнут навесными стенами-экранами

Нерви мечтал о стиле, подлинная правдивость которого определяется тождеством выразительной архитектурной формы и рациональной конструкции И он как будто подтверждал возможность такого тождества своей практикой, но подтверждал, оперируя достаточно узким кругом специфических объектов. Говорили, что он создает картотеки заготовок — эскизы рациональных гармоничных конструктивных систем, для которых подбирает тип здания. Во всяком случае, ход его мысли характерен для позднего модернизма — из взаимосвязанных проблем сложной системы извлечь одну, которая кажется главной, и достичь целостности любой ценой подчиняя ей остальное В этом он схож с отцами- основателями «современного движения в архитектуре». Но ценность расширения средств архитектуры, которого он достиг, очевидна. Железобетон стал материалом искусства архитектуры, обеспечивающим богатство и разнообразие форм, немыслимое при каркасной конструкции

В конце 1940-х гг началось и важное для архитектуры последующих десятилетий развитие металлических пространственных конструкций — несущих структур из легких элементов (прокатных или трубчатых) и, главное, вантовых конструкций. Последние отличает то что они работают на растяжение, вводя в арсенал архитектуры формы, построенные по специфическим закономерностям. Система стальных тросов, основа висячих покрытий, испытывает только растягивающие усилия которым соответствуют свойства материала — они особенно целесообразны для больших пролетов. Разнообразие их форм зависит от очертаний опорной конструкции, пространственного строения вантовой системы и способа обеспечения ее жесткости при изменениях направления ветровой нагрузки.

Первая реализация этой идеи в крупном сооружении — арена в Роли, Каролина, США (1952-1953, норвежский инженер Фред Северуд, архитекторы Масей Новицки и Уильям Дейтрик). Ее тонкое железобетонное покрытие — оболочка седловидной формы — уложено по стальным вантам, растянутым между двумя наклоненными в противоположные стороны и пересекающимися арками параболического очертания Система конструкции еще не получила здесь пластического осмысления Попытка придать ей остроту формы при строительстве зала Бенджамина Франклина, который был символическим подарком США Западному Берлину (1957, инж. Ф. Северуд, архит. Хью Стаббинс), привела к катастрофе. Вантовое покрытие крепилось к двум наклоненным в противоположные стороны аркам, имевшим всего две общих опоры (что само по себе статически ненадежно). Оно перекрывало только цилиндрический объем главного зала, остальные помещения располагались под плоской террасой подиума. Между стеной зала и опорами арок покрытие образовывало обширные открытые крылья, подверженные воздействию ветра по непредсказуемым направлениям. В 1982 г. порыв ураганного ветра разрушил постройку

Начало всестороннему архитектурному освоению инженерной идеи вантового покрытия положил Эеро Сааринен. Вместе с инженером Ф Северудом он построил хоккейный стадион Йельского университета в Нью-Хейвене, Коннектикут, США (1953-1959), где использован простой статический принцип Вантовая кровля подвешена с двух сторон к общему «хребту» — железобетонной арке, расположенной по длинной оси сооружения, и закреплена снизу в бетонных конструкциях, образующих криволинейный периметр сооружения. Формируя его торцовые части со входами, пластически развивая массивы низких стенок и дополняя рисунок арки, архитектор добился напряженной драматичности целого. В здании терминала аэропорта американской столицы в Шантийи, Вирджиния (1958-1962, с инженерами Амманом и Уитни) Сааринен использовал простейшую статически схему вантовой кровли Над прямоугольным зданием она растянута между двумя рядами бетонных опор, имеющих наклон вовне. Пластической разработкой конструктивной основы архитектор создал здесь многозначный символ. Обширный операционный зал с покрытием, напоминающим тент, и стеклянными стенами рождает предощущение полета.

Появление сложных очертаний бетонных или армоцементных оболочек и вантовых покрытий открыло новые возможности пластического формирования архитектурных объектов создания новых метафор и символов Эти возможности получили множество разнообразных реализаций в 1960-е годы, когда их новизна вызывала обостренный интерес. Они широко использовались и в поисках последнего десятилетия XX века когда компьютерное моделирование расширило возможности введения сложных пространственных форм в проектные замыслы