Башня Веласка

Вспышка неоклассицизма, выросшего из «стиля Миса», была в США спровоцирована извне профессии — государственным заказом. Очаг историзма в 1950-е гг. возник и в Италии где к нему подталкивало соприкосновение с ярко характерными контекстами застройки старых городов. Проблема функциональной и художественной связи старого и нового была здесь неизменно актуальной. В середине 1950-х по инициативе молодых архитекторов развернулась полемика, связанная с оценкой «стиля Либерти» начала XX столетия. Ортодоксальные рационалисты отвергали ее ценность, но многих привлекала ее родственность с «естественно» разраставшейся городской тканью. Дискуссия позволила осмыслить отношения современной архитектуры с архитектурой прошлого — отдаленного и более близкого.

Была осознана проблема поиска художественного созвучия с историческим наследием на основе глубинных аналогий в принципах формообразования В диалоге с историей виделась возможность не только естественно включиться в среду старых городов, но и гуманизировать современную архитектуру По словам архитектора Иньяцио Гарделы, этот диалог был вызван «не столько желанием найти иррациональную форму для рационального, сколько стремлением ввести в архитектуру образы, связанные с человеком в целом, с его историческим и природным окружением, а не только физиологическими функциями. Обращение к историзму навлекло на итальянских архитекторов гневные инвективы извне со стороны блюстителей чистоты функционализма. Живущий в Англии историк Николаус Певзнер и его ученик Рейнер Бенем резко критиковали итальянское «неолиберти», обвиняя причастных к нему архитекторов в «отступничестве от современной архитектуры».

Свое особое отношение к ценностям исторического наследия, их актуальности для современной культуры итальянцы показали первым крупным общественным сооружением, появившимся в стране после войны. Выразительность главного вокзала Рима, Термини (1947-1950, архитекторы Э. Монтуори, Л Каллини и др.), основывается на мощных контрастах. Самый впечатляющий — сопоставление современных рационалистических структур с руинами древнеримской оборонительной стены Сервия Туллия (IV век до н. э.), включенными в композицию. Грубоватая живописность выветренной и покрытой патиной древней кладки оживает в сопоставлении с четкими поверхностями бетона и полированного стекла.

Сопоставление обостряет и восприятие элегантной точности новых форм Ар- Паоло хеологический объект, имевший, казалось, чисто познавательное значение получил новую эстетическую ценность и обогатил композицию в целом. Выдвинутый вперед объем кассового зала, сквозь одно из стеклянных ограждений которого входят в интерьер руины античной стены имеет покрытие мягкого волнообразного очертания. Над ним возвышается лапидарная тонкая пластина административного корпуса прорезанная непрерывными узкими лентами окон — рубеж между городом и железнодорожными путями.

Наиболее широкий резонанс имело создание «Башни Веласка» в историческом центре Милана (1954-1957, коллектив авторов ББПР). В ней соединены конторские помещения, занимающие 18 этажей, и жилье — на 7 верхних. Совмещение функций осложняло задачу, но главные трудности определялись близким соседством с собором. Авторы обратились к историческим прототипам.

Над офисной частью башни, имеющей меньшее сечение, нависает объем жилых этажей Наклонные ответвления стоек железобетонного каркаса поддерживают массивное венчание. Пирамидальная кровля дополняет ассоциации между постройкой и оборонительными башнями средневековой Ломбардии Обнаженный каркас родствен готике собора с ее контрфорсами и аркбутанами Для облицовки панелей использован тот же золотистый камень, что и на фасадах исторических сооружений. Вариации планировки этажей определили как бы спонтанно возникший ритм окон жилого объема — имитацию «естественных» ритмов, сложившихся при обживании исторической застройки. Авторы искали двойственную мотивировку форм, соединяя рациональное со знаково-ассоциативным.

Ту же двойственную мотивировку форм развивал выходец из миланской школы архитекторов Франко Альбини, построивший универсальный магазин «Рина- шенте» в Риме (1959-1961) Почти лишенный окон прямоугольный объем равномерно расчленен по высоте сильно выступающими темными металлическими поясами, которые выявляют ярусы стальной конструкции. Между ними — складчатые бетонные панели, облицованные розовой каменной крошкой Вертикальные складки панелей создают ассоциацию с пластикой массивной стены и в то же время служат для размещения инженерных коммуникаций. Фасады венчает балка на консолях, к которой подвешено устройство для очистки фасадов, — в системе форм она играет роль венчающего карниза. Функциональные элементы стали знаками, вводящими здание в систему окружения, объединенную традиционным языком архитектуры.

Радикальным историзмом отмечен дом Бальди, построенный Паоло Портогези (р 1931) близ Рима в 1959-1961 гг. Его форму автор основывает на своей трактовке Борромини. Очертания криволинейных в плане стен борромини- евских построек — по Портогези — определены центрами, образующими пересекающиеся визуальные поля, динамика которых аналогична концентрическим кругам на поверхности воды В доме Бальди стремился соединить предложенную им парадигму барокко с «полями», образующими динамическую тотальность, и концепцию перетекающих пространств, принадлежащую новой архитектуре. В форме дома нашли отражение и установки формообразования итальянского барокко XVII века, и неопластицизм 1920-х гг. При этом в плоскости архетипов формы, к которой обратился Портогези, первичные принципы формообразования вполне естественно взаимодействуют, конфликт между избыточной декоративностью барокко и аскетизмом авангарда не возникает Поначалу дом почти не был замечен, но, отталкиваясь от этого эксперимента, Портогези работал с редкой последовательностью, создав через два десятилетия одну из наиболее значительных концепций постмодернизма.

Иньяцио Гарделла основывался на изучении традиции «обычного» строительства рядовой застройки старых городов. В 1950-1952 гг. он построил в Алессандрии восьмиэтажный двухсекционный дом для служащих, массиву которого минимальными средствами приданы теплота и живописность (легкие изломы в плане гладкой стены, расчлененной только западающими плоскостями лестничных клеток; сбитый местами ритм вертикалей, в которые складываются высокие окна; бетонная имитация легкого деревянного карниза на кобылках).

За «вневременной» обычностью фасадов однако, рационально организованные компактные квартиры. В Венеции Гарделла встроил в разрыв фронта набережной канала Джудекка жилой дом (1957), который связал с историческим окружением единством масштаба, свободой ритма и тонкими ассоциациями в рисунке деталей

Специфичным для Италии жанром стала реконструкция памятников архитектуры для устройства экспозиции музеев — с тактичной достройкой, устройством переходов, формированием системы интерьеров и экспозиционных открытых пространств. Наиболее ранний пример, ставший «классическим», — реконструкция замка Сфорца в Милане коллективом ББПР, начатая в 1949 г Особое мастерство создания эффектных сочетаний подлинной старины и гармонизированных с ней современных включений в реконструируемых сооружениях выработал венецианец Карло Скарпа (1906-1978). Наиболее значительной его работой стала реставрация средневековой цитадели Вероны, где достигнуто впечатляющее единство исторических и новых форм, образующих систему, а приемы экспозиции создают наилучшие условия эмоционально-активного восприятия экспонатов(1956-1964)

Башня Веласка