Первый вариант (деление «актеры» — «зрители») рассчитан на обустройство пространств «зала» и «сцены» даже там, где капитальных условий для такого разделения не предусматривалось. Здесь приходится воздвигать разного рода временные конструкции — либо для «сцены», либо для «зала», обеспечивая нормальные условия обзора происходящего на игровой площадке с помощью подъема рядов или применяясь к уклону рельефа. Так для традиционного театрального фестиваля в Вологде каждый год устраивают два типа сценических площадок на открытом воздухе: на пологом склоне кремлевской набережной, располагая игровую зону на ровной нижней террасе рельефа, и около полуразобранной еще два века назад угловой башни кремля, перед которой воздвигают временные ряды для зрителей. И там, и там декорацией для фестивальных спектаклей служат фрагменты или панорамы исторического архитектурного ансамбля, что придает зрелищу или дополнительный оттенок достоверности, или усиливает его современное звучание за счет контраста со стариной. Важной частью этих площадок является устройство переносного освещения и особых подмостей, откуда режиссер управляет спецэффектами.

Те же проблемы — либо сцены с ее оборудованием, либо зрительских мест — возникают и при пространственном обустройстве массовых зрелищ или мероприятий, собирающих не десятки и сотни, а тысячи зрителей. Правда, выбор основного объекта проектирования в этом случае предопределен — сцена с ее оборудованием, ибо тут делать стационарные зрительские места было бы слишком накладно. Иначе говоря, мероприятия играет решающую роль в выборе форм его обустройства.

Особый случай — самые массовые шоу: воздушные парады, соревнования воздушных шаров и т.п. Здесь центр тяжести проектной работы — выбор удобной территории для зрителей, трассирование подъездных путей с размещением автостоянок и городка для хранения инвентаря и обслуживания участников празднества. Тогда как оборудование собственно зрительских мест сводится к устройству трибуны для судей, прессы и важных гостей и установке инвентарных ограждений, регулирующих движение зрителей. Потому что сопутствующее обслуживание — торговля, информация и пр. — осуществляется, как правило, децентрализовано, «частным» порядком.

И, наконец, иногда зрелищем становится целый или его значительный район. Здесь помимо всем знакомых «видовых» площадок, вроде обширной террасы на кромке Воробьевых гор в Москве, все чаще применяются искусственные устройства для жаждущей необычных ощущений публики, вроде гигантских «колес обозрения», поднимающих зрителя на высоту до 100 м. Или используют для этих целей самые высокие сооружения города — телебашни и небоскребы.

Причем неординарные решения занимают все более видное положение, порождая новые и новые варианты их архитектурно-дизайнерской организации. Так, в дипломном проекте М. Левкиной главным средством обзора города стал туристический поезд, курсирующий по московской окружной железной дороге, откуда пассажиры будут смотреть на специально «оформленные» панорамы столицы. Некоторые из них должны получить обрамление из огромных «порталов», другие будут дополнены особыми конструкциями, подчеркивающими выигрышные ракурсы обзора, часть прикрыта экранами, чтобы превратить видимый из окон поезда в его «идеальную» картину. А недавно возник еще один жанр театрализации городской среды — использование лазерных и голографических установок, когда нужные по сценарию изобразительные сюжеты проецируются на облака или воспроизводятся голографией на стенах зданий и прямо в воздухе.