Процесс «обмирщения» духовной жизни общества и быта, начавшийся в XVII в., получил новые стимулы в петровскую эпоху. Не случайно знаменитая Сухарева башня в Москве — надвратная церковь, построенная в честь Преображенского полка, который помог Петру I сохранить престол во время стрелецкого бунта,— была передана под математическую и навигационную школу; здесь разместилась и первая русская обсерватория.

Но храмов продолжается, более того — именно в годы царствования Петра I были заложены и завершены такие шедевры храмового зодчества, как церкви Покрова в Филях (1693) и Троицы в Троицком-Лыкове (1698—1703), церковь Успения на Покровке в Москве (1696—1699), и Преображенская церковь Кижского погоста (1714). Типологически они принадлежат средневековой традиции, и их не принято соотносить с именем Петра, но представить себе петровскую эпоху без них невозможно.

Религия сохраняет свое значение хранительницы нравственных устоев, этому не противоречат идеи народного просвещения, основными носителями которого еще долго будут церковноприходские школы. Русская культура хранит имена крупнейших деятелей церкви, ставших сподвижниками Петра в деле преобразования России, таких как Феофан Прокопович, основатель первых петербургских школ, или Филофей Лещинский, миссионер и просветитель, создавший десятки церковных школ в Сибири.

Великие события в жизни народа по-прежнему отмечаются сооружением храма. Символическим смыслом наделены Петропавловский собор в Петербурге, ознаменовавший заложение города, порученного покровительству апостола Петра, и церковь Св. Исаакия Далматского, праздник которого приходится на день рождения Петра I (ее заменил впоследствии знаменитый Исаакиевский собор).

В европейской части России сохранились сотни церквей и колоколен, построенных в первой четверти XVIII в.; известно, что более 300 церквей основал в Сибири Лещинский. Созданные бес- чертежным способом, по образцу, большинство из них генетически были связаны с допетровской архитектурой. Можно выделить несколько самых распространенных объемно-планировочных элементов церковного здания: кубический, крещатый или восьмигранный объем, полуцилиндрические или граненые апсиды, крытые на два ската притворы. Количество сочетаний, получаемых из этого «набора», практически безгранично, особенно если добавить часто используемый мощный «подклет» (в котором обычно устраивалась еще одна церковь) и, разумеется, главы и ярусные колокольни.

Примером церквей традиционного типа может служить Петропавловский собор в Казани, основанный в честь приезда Петра I (завершен в 1726 г.). Он построен по схеме «восьмерик на четверике» на высоком подклете, образующем гульбище; стены храма убраны самобытными цветными рельефами.

В петербургских церквах появилось существенное новшество: трактовка пространства в виде зала, расчлененного рядами опор на «нефы». Это роднит церкви с западноевропейскими базиликальными храмами, но сходство на этом кончается: типичный для католических базилик повышенный средний неф отсутствует, зал имеет единую высоту и перекрыт одной кровлей. В целом же мы узнаем все тот же «корабль»: колокольня на западном конце храма имеет ярусную структуру (каждый ярус представляет собой модификацию звена ордерной аркады «по Палладио»), над предалтарной частью церкви — купол с фонариком (эквивалент «луковке поверх свода», но в новых очертаниях).

Крупнейшей постройкой этого типа стал собор Св. Петра и Павла, возведенный по проекту Д. Трезини.

В Петербурге появилась и новая для России двухбашенная композиция западного фасада храма, восходящая к европейским готическо-барочным образцам. Предложенная Т. Швертфегером в соборе Александро-Невской лавры, она имела только одного «потомка» — новый собор, построенный на том же месте в конце XVIII в. архитектором И. Старовым.

Яркой страницей в истории русского искусства стали резные золоченые иконостасы петровского времени, среди которых особо известны иконостасы работы И. Зарудного.