Рассмотрим малоизвестное предложение архитектора Ф.М. Шестакова по созданию у северо-западных границ города на Тверской улице обширной въездной площади с новым храмом Христа Спасителя в центре. Федор Шестаков, — единственный академик Академии художеств в 1830-х годах работавший в Москве, в Комиссии для строения города. Его чертежи 1831 года открывают нам градостроительную сторону его творчества. Проекты выполнены на двух листах и представляют собой развитие одной идеи. Первый из них, хотя и подписан Шестаковым, возможно, выполнен кем-то из его помощников, так как носит несколько дилетантский характер, как по сути предложения, так и по графическому исполнению. Очевидная нереальность осуществления первого варианта проекта, требовавшего полного или частичного сноса 27 городских кварталов, видимо, была осознана и самим архитектором, поэтому в его втором предложении эти недостатки были учтены.

Второй вариант проекта размещения храма Христа Спасителя на Тверской улице представлял собой более зрелое предложение, достойное известного мастера. Новая храмовая площадь должна была разместиться на Тверской улице, между заставой и Земляным городом, таким образом, сохранялись существующие площади у Тверской заставы (она уже изображала строившийся в те годы комплекс Триумфальных ворот О.И. Бове) и Старая Триумфальная, располагавшаяся у границ Земляного города, где создавалось тогда Садовое кольцо, а между ними предполагалось разбить новую площадь у храма Христа Спасителя. В проекте она имела форму квадрата, со стороной около 350 м, с двумя полукружиями с восточной и с западной сторон, от которых тремя лучами расходились вновь спроектированные улицы. По ее периметру предполагалось разбить бульвары и соорудить четыре фонтана. предусматривал также расширение Тверской улицы до 30-саженной ширины, соответствующей ширине фасада храма, с посадкой бульвара по обеим сторонам. Такое решение было обусловлено желанием обеспечить свободу визуального восприятия фасада храма Христа Спасителя по мере приближения к нему с обеих сторон по Тверской улице. Для придания полной симметрии композиции предполагал даже изменить очертания Камер-Коллежского вала с западной стороны от заставы; оно становилось симметрично восточному отрезку вала, что требовало некоторой перепланировки существующих и разбивки нового квартала. Создание новой площади, размер которой равнялся, примерно, четвертой части площади, предлагавшейся в первом варианте проекта, требовал и значительно меньшего сноса: полностью сносились восемь кварталов, частично — четыре.

Нельзя не заметить, что Шестаков проектировал крупную, по сути въездную городскую площадь, ориентируясь на римские аналогии и, прежде всего, незадолго до этого реконструированную Дж. Валадье площадь — пьяцца дель Пополо в Риме. Об этом говорит форма площади и трехлучия улиц, расходящихся от нее. Однако трехлучия Шестакова были чисто формальным приемом — они не были обусловлены существующими улицами, или необходимостью их прокладки, а должны были получиться в результате перепланировки окружающих кварталов. Некоторую аналогию форме площади можно усмотреть и в композициях форумов Августа и Траяна, с их мощными экседрами по сторонам (особенно форума Траяна в интерпретации Л. Канины). Сходство с памятниками и площадями Вечного города, конечно, не случайны. Как известно, Академия художеств, членом которой Ф. Шестаков стал в 1825 году, поощряла в эти годы изучение и графические реконструкции памятников Древнего Рима, а также использование античных мотивов в собственном творчестве. Видимо, с учетом такой архитектурно-художественной направленности и создавал свой Ф.М. Шестаков.

Анализируя Шестакова, необходимо отметить новые черты, присущие его градостроительному решению. Прежде всего, это существо предложения — создание крупнейшей городской площади на Тверской улице, которая именно к 1830 годам начинала все чаще осмысливаться как главная улица города, постепенно приобретая черты представительности, перекликающейся со значением Невского проспекта в Петербурге. Усилению значения Тверской должно было способствовать и на ней храма Христа Спасителя. Вместе с тем, неизбежная реконструкция, окружавшей новый храм городской среды, должна была сделать более величественным и парадным въезд в город и как бы приблизить парадный городской центр к приезжавшему из Петербурга. В то же время, нельзя не заметить и определенного неудобства, которое создавал храм Христа Спасителя, который нужно объезжать всем гостям города. Мемориальная площадь неизбежно превращалась в бойкий транспортный узел, плохо сочетавшийся с назначением храма. Хотя и укреплял значение Тверской как главной улицы, он не был осуществлен.

В отличие от достаточно схематичного проекта Ф.М. Шестакова, И.Т. Таманского был разработан детально и представлял собой крупный многосоставный ансамбль, расположенный под стенами Кремля и не только связанный с его сооружениями, но и соразмерный ему. Поражают гигантские размеры предлагаемого храма — габариты его плана близки к размеру кремлевской Соборной площади. Вход в него был задуман по оси южного входа в Успенский собор, видимого в просвет между Благовещенским и Архангельским соборами. Перед храмом Христа предполагалось разбить обширную полуциркульную площадь, окруженную открытой колоннадой, с пристанью напротив Кремля и памятником Александру I. На набережной оба конца колоннады завершались триумфальными воротами, напоминавшими римские тетрапилы. Одни были посвящены изгнанию французов из Москвы, другие — въезду в Париж.

Интересно, что не ограничился разработкой архитектуры самого храма, а предложил создать целый комплекс построек, которые должны были занять все пространство острова между Москворецким и Каменным мостами. Общий абрис их на генеральном плане напоминал римский ипподром. Постройки располагались строго по периметру, внутреннее пространство между ними занимал обширный двор с 4-мя монументами, центром которого должен был стать храм Христа Спасителя. Шесть крупных корпусов с многоколонными портиками должны были стать жилищем для инвалидов войны 1812 года. Замыкающие ансамбль с запада и с востока полукружия — представляли собой лавки, в которых должны были работать трудоспособные инвалиды. С южной стороны, вдоль берега Обводного канала для них предполагалось разбить сад. Создание многофункционального ансамбля, все постройки которого проникнуты памятью победы в Отечественной войне и заботой о пострадавших победителях, что вполне соответствовало духу времени, было бы, безусловно, новаторским. Однако в нем были и очевидные недостатки — располагать самый крупный московский храм (именно такова была поставленная императором задача) у подножия Кремлевского холма, то есть в том месте, где он заведомо будет проигрывать древним храмам, было не очень разумно, а потому это предложение, как и все прочие, было отклонено. Возможно, что в этом также сыграла роль неуверенность в возможности возвести здание такого масштаба на относительно слабом грунте острова.