Проблема реконструкции исторически сложившихся городов была и остается одной из серьезнейших в итальянском градостроительстве. Теоретически вопрос стоит не столько об охране старых городов, сколько о смысле и масштабе вмешательства в древнюю планировку. Если ансамбль древнего города ни в коем случае нельзя нарушать, то современные сооружения рассматриваются как отдельные его элементы, которые должны быть увязаны с целым. Здесь окружение представляется заранее данным, и новая застройка должна войти с ним в смысловую связь, либо соответствуя ему, либо вступая в контрастные отношения. Если же ценным представляется современный город, а древний город должен стать лишь его частью, то проблема новой застройки имеет другой смысл — речь идет о включении старого комплекса в рамки современного города. Однако при реконструкции и развитии исторических городов новая застройка часто нарушает сложившиеся композиционные системы. Так, спекулятивное строительство нарушило силуэт исторического центра Агридженто, крупные высотные здания без должного такта возведены по соседству с историческими ансамблями Неаполя, Турина, Брешии, новые жилые массивы исказили силуэт Генуи.

Итальянские города настолько своеобразны, что даже хаотичность и бесплановость строительства, власть рекламы и увлечение очередной архитектурной модой не в состоянии уничтожить индивидуальный облик каждого.

Сохраняет свой колорит Флоренция. В Вероне муниципалитет, заботясь о сохранении исторического облика города, запретил новое строительство в местах, определяющих сложившийся городской пейзаж. Новая застройка Венеции осуще-, ствляется на материке, соединенном с древним островным городом 4-километровым мостом. Однако обнаружилось, что пассивные методы охраны памятников старины без учета всего комплекса развития обширных районов не решают проблемы. Так, развитие «большой Венеции» привело к изменению водного режима Венецианской лагуны и режима грунтовых вод. В результате таких изменений участились катастрофические наводнения, затопляющие историческое ядро города; весь его комплекс в целом оказался под угрозой гибели.

Наряду с реконструкцией существующих городов в Италии разрабатываются проекты, предусматривающие создание новых градостроительных образований.

Среди представителей новых градостроительных теорий можно выделить архитектора Леонардо Риччи, предложившего в 1966 г. проект «Новой деревни» в Риези (Сицилия). Риччи утопически мечтает разрешить социальные противоречия сицилийской деревни путем религиозно-общинной организации жизни крестьян. Этой идее подчинены и построение генерального плана «Новой деревни», и проекты отдельных зданий, в архитектуре которых преобладают поиски скульптурно-пластических решений.

Макеты «жилой скульптуры» (так называет Риччи свои поиски новой организации ансамбля) отражают возможности новых материалов, новой техники и новую выразительность. В них «форма — пространство» — говорит Риччи, — «рождается как скульптура, которая следовала бы естественно и без всякой предвзятой схемы форме человеческой деятельности».

Существует большая группа молодых архитекторов, работающих в основном в Турине и других промышленных центрах Италии, которая сосредоточивает усилия на разработке градостроительных нормативов, чтобы ц их помощью можно было реорганизовать жизнь и удовлетворить потребность народных масс в жилье. «Более или менее удачные решения отдельных жилых комплексов или монументальных сооружений ничего не дадут народу»,— говорят они. Эти архитекторы резко выступают против усилившегося к середине 60-х годов интереса к художественной стороне архитектуры, который, по их мнению, идет в ущерб ее насущным задачам.

В практике жилищного строительства Италии 40—50-х годов получили распространение индивидуальные малоэтажные дома на одну -семью; кооперативные многоэтажные дома, в которых-квартира является собственностью ее владельца; многоэтажные частные дома для сдачи в наем; секционные жилые дома так называемого «социального», или «дешевого», строительства различной этажности, конфигурации и протяженности. Именно оно и представляло наибольший интерес в рассматриваемый период..

Социальное строительство 40—50-х годов базировалось в Италии на принципе простейшего внутреннего оборудования; самые же здания, хотя и простые по форме, в большинстве случаев отличались хорошей отделкой и разнообразным сочетанием цветов, широко применяемых в наружной отделке.

Архитектурно-художественная выразительность таких зданий достигалась путем выявления функциональных элементов — балконов, наружных галерей, открытых лестниц, солнцезащитных средств, лоджий, а также при помощи различной группировки квартир.

Характерным примером жилого дома социального строительства с использованием цвета в качестве основного средства в композиции фасада может служить шестиэтажный семисекционный 74-квартирный дом, построенный в 1951 —1952 гг. архитекторами Д. Понти, А. Форнарелли и А. Розелли в Милане, на территории одного из новых городских кварталов. В окраске здания применен интенсивный цвет, особенно в фасадах, обращенных к саду.

Многоквартирный 11-этажный дом на улице Пинтуриккио в Риме, выстроенный в 1950 г. арх. У. Луччикенти, — пример здания строгой композиции с хорошо продуманными деталями. Применив в качестве несущей конструкции железобетонный каркас, Луччикенти получил возможность свободной планировки и удачно расположил секцию с двух- и трехкомнатными квартирами в разных этажах. Примененные в этом здании вертикальные ряды трапециевидных в плане балконов в сочетании со светлыми гладкими стенами и западающими, затененными лоджиями дают неожиданный эффект своим ритмическим повторением и сообщают фасаду стремительную динамичность.

Двухсекционный восьмиэтажный дом для служащих в Александрии (1951, арх. И. Гарделла) отличается живописностью пластической композиции, стройностью пропорций и изысканностью цветового решения. Художественная выразительность этого здания строится на многообразии зрительных аспектов, полученных благодаря свободной изогнутости стен, чередования небольших выступов, глухих плоскостей и глубоких лоджий. Несмотря на необычную форму здания, планировка квартир удобна и рациональна. Жилые комнаты обращены на юг в сад, комната дневного пребывания имеет двухстороннюю ориентацию. Внешняя облицовка здания керамическими плитками темно-коричневого цвета, так же как форма и размеры оконных проемов, говорят о постоянном стремлении Гарделлы к исторической преемственности в своих сооружениях.

Решительно меняются приемы композиции к середине 60-х годов. Характерный пример — комбинированный дом в Милане с квартирами, магазинами и конторскими помещениями, сооруженный в 1965 г. по проекту архитекторов Винченцо, Фаусто и Лучио Пассарели. Здесь все объемы смещены, раздроблены, беспокойны. Связь с историческими сооружениями, вблизи которых поставлен дом, выражается в том, что в темном стекле нижних этажей конторских помещений отражаются контуры старых стен и башен, которые меняют свой цвет и абрис в зависимости от времени дня и от освещения.

Поиски итальянских архитекторов в области жилищного строительства не ограничивались композиционными задачами, известное внимание уделяют они поискам новых форм организации жизни в домах социального строительства.

Коллектив ведущих архитекторов Италии — Ф. Альбини, Альбриччи, Л. Бельд- жойозо, Э. Перессутти, Э. Роджерс — в 1955—1957 гг. разработал проекты кварталов дешевых домов в Чезате на окраине Милана и в Чека — новом районе Ла Лод- жетта в Неаполе. Отдельные изолированные квартиры, размещенные в одном и двух этажах или выделенные в отдельные домики, авторы связали в единый жилой организм. Таким способом, считали они, создается возможность как полной изоляции семей, так и коллективной организации жителей квартала. Однако фактически композиция кварталов свидетельствует о поисках не столько новых форм расселения, сколько новых средств художественной выразительности в формах зданий, способе их сочетания и т. д. Здесь проявляются и тенденции использования принципов народного жилища, поиски творчески переработанной национальной формы.

Новый тип жилых домов социального строительства предложен в 1966—1967 гг. в районе Чеп во Флоренции. Дома сооружаются двумя коллективами архитекторов (один — архитекторы Савиоли, Децци-Бар- дески, Джорджини, Гори, Санти, другой — архитекторы Риччи, Ченчетти, Миланези, Петрелли, Трапани). Дома от трех до пяти этажей; их отличают пластичность форм и богатая игра светотени. Стены домов прорезаны глубокими лоджиями и завершены карнизами на мощных консолях. Консоли поддерживают и отдельные выступающие балконы. Большие отрезки стен, лишенные оконных проемов, эркеры, глубоко западающие лоджии с глухими ограждениями, грубая фактура поверхностей характеризуют внешний облик этих зданий.

Здесь проявляется не только увлечение народными формами, выражающееся в нарочитой архаизации внешнего облика зданий, не просто отказ от больших остекленных поверхностей, присущих в свое время «интернациональному стилю», — здесь налицо переоценка художественных средств современной архитектуры, поворот в сторону исторической преемственности.

В противоположность социальному строительству частное строительство жилых домов «люкс» осуществляется с большой роскошью в планировке квартир и оборудовании. Иногда крупные фирмы строят для сдачи в наем комбинированные дома, включающие не только жилые квартиры, но и конторы, рестораны, кинотеатры и т. п. Такие дома часто отличаются нарочитой сложностью композиции. Во многих случаях им присуща этажность, значительно большая, чем у других сооружений города. Эти дома становятся выгодным товаром, их художественные качества во многом подчиняются требованиям рекламы. Отсюда броскость, сложность форм, рассчитанные на внешний эффект приемы объемно-пространственной композиции.

Среди общественных сооружений общегородского значения, строящихся в Италии, — стадион, плавательные бассейны, кинотеатры и т. д. В большом количестве строятся рынки с оригинальными пространственными покрытиями; таков, например, цветочный рынок в небольшом местечке Пешиа в Тоскане (архитекторы Е. Гори, Д. Гори, Л. Риччи, Л. Савиоли и инж. Э. Брицци), перекрытый над центральной частью сводом-оболочкой, опирающимся на массивные наклонные устои.

Одно из важных мест среди новых общественных сооружений, выстроенных в 50-х годах, занимает здание центрального вокзала — Стационе Термини — в Риме. Оно поставлено в непосредственной близости к древним памятникам и как бы продолжает в современных условиях лучшие традиции римских исторических ансамблей.

Вокзал состоит из различных по функции помещений, объединенных в цельный, ясный по композиции комплекс (1948—1950, архитекторы Л. Калини, М. Кастелацци, В. Фадигатти, Е. Монтуо- ри, А. Пинтонелло, А. Вителлоцци). Багажный зал эффектно соединен со стеной Сервия Туллия (IV в. до н. э.).