Крупнейшим достижением в области синтеза архитектуры со скульптурой и монументальной живописью (помимо работ в Бразилиа) является памятник погибшим во второй мировой войне на берегу океана в Рио-де-Жанейро (1960, архитекторы Э. Мариньу и М. Кондер Нету, скульптор А. Сескьятти, художники А. Медейрус и Ж. Кателли Фильу).

Над приподнятой над уровнем земли просторной платформой, на которую ведут широкие лестницы, на спаренном пилоне вознесен условно изображенный парашют. Рядом сплоченные фигуры летчика, матроса и солдата и стремительная ажурная конструкция, напоминающая самолет. Останки захоронены под платформой; стены украшены надписями, живописным фризом и композициями из металла.

В садово-парковом искусстве 60-х гг. появилась регулярность газонов и посадок. Возрождаются близкие этим исканиям характерные для XIX в. прямые аллеи-колоннады королевских пальм.

В 60-е гг. бразильские архитекторы создают целый ряд объектов за рубежом. Л. Коста вместе с строит общежитие бразильских студентов и консультирует строительство здания ЮНЕСКО в Париже. О. Нимейер создает проекты для Ливана, Ганы, Португалии, Италии и Франции, среди которых выделяется здания ЦК Французской коммунистической партии в Париже (1965—1972).

Бразилии — крупное и достаточно цельное ответвление в современной архитектуре капиталистических стран. При всей невозможности в условиях капитализма решить сложные социальные проблемы она показывает яркий пример становления зодчества развивающейся страны, впитывающей в себя достижения мировой архитектуры и одновременно создающей свою характерную школу, использующую местные традиции.

Бразильские архитекторы обращают особое внимание на образную сторону своих произведений. Сооружая в море лачуг современные здания, архитекторы Бразилии, как и других развивающихся стран, видят в них материальный символ прогресса своих народов.

Это важнейшая причина того, что в этих странах «эмоциональное воздействие пластических форм явилось качеством, которое приобрело в архитектуре преимущественное значение по сравнению с функциональными и экономическими аспектами» (Э. Миндлин), а их формально-эстетические искания подчас опережали поиски их коллег в других странах и сыграли большую роль в прогрессе всей мировой архитектуры. Они позволили самой архитектуре Бразилии стать средством борьбы за освобождение народа и предметом национальной гордости бразильцев.

Отмеченные прогрессивные тенденции и особенности характерны для передовой бразильской архитектуры и проявились в основном в уникальных произведениях. Ординарное же строительство (отнюдь не массовое, несмотря на относительно большой объем) довольно стереотипно.

Бразильская архитектура развивается в обстановке острых социально-экономических противоречий, характерных для современной Бразилии. Становлению ее национального характера в 20-х — начале 60-х гг. способствовало временное совпадение интересов прогрессивного национально- освободительного движения и укреплявшейся национальной буржуазии — заказчика проектов.

Однако позже тенденции национального своеобразия перестали поддерживаться набравшим силу и объединившимся с империалистами более развитых стран местным капиталом и заметно ослабли. Да и само развитие архитектуры подвергается давлению — нередко открытому— со стороны государства, выражающего интересы господствующих классов, что проявилось в творческой судьбе даже крупнейшего бразильского архитектора О. Нимейера, которому неоднократно отказывали в осуществлении проектов официальных зданий и комплексов, получивших широкое одобрение и даже первые премии на конкурсах.

Единство особенностей передовой архитектуры Бразилии, определяемых природными условиями, и порождаемых специфическими чертами национального характера и образа жизни, воплотившихся в художественных традициях страны, и социальными условиями, создает ее целостную характеристику.