Канадская межвоеннего периода сильно отставала от архитектуры наиболее развитых европейских стран.

С середины 1920-х годов до начала второй мировой войны культура Канады развивалась под лозунгом создания самобытной национальной школы. В живописи это дало замечательные плоды: канадский пейзаж первой трети нашего столетия — явление мирового значения; национально-романтическое течение в архитектуре не достигло таких высот. Однако оно выдвинуло первого крупного архитектора канадского происхождения — Джона М. Лайла. Хотя он начал творческую деятельность накануне первой мировой войны , основные его сооружения датируются 20—30-ми годами XX в.

Несмотря на высокое профессиональное мастерство Лайла, его постройки не стали началом новой канадской архитектуры. Они лишь завершили сильно затянувшийся в Канаде период господства эклектики.

Наиболее значительные сооружения зодчего— вокзал в Торонто (1914—1929, совместно с архитекторами Макдональдом и X. Джонсом), отделения банка «Новая Шотландия» в Калгари (1929) и Галифаксе (1937), отделение Центрального канадского банка в Осаве, публичная библиотека в Торонто. Все это — неоклассические постройки, близкие по духу европейским сооружениям кануна первой мировой войны. Они отличаются изысканной прорисовкой деталей, добротностью, достигаемой применением дорогих материалов — мрамора, бронзы. В композиционную систему, основанную на применении ордерных элементов и пропорций, зодчий вместо традиционной орнаментики античности и ренессанса включает стилизованные мотивы местной флоры и фауны. Именно они и должны были, по мысли Лайла, положить начало национальному стилю канадской архитектуры. Но подобная позиция была бесперспективна. Искания Лайла не получили продолжения.

Наряду с национально-романтическим течением, возглавлявшимся Лайлом, в межвоенный период усиливается влияние США. В крупных городах Канады — Монреале, Торонто — сооружаются громады небоскребов— конторских зданий и гостиниц, среди них — конторское здание Санлайт (1929) в Монреале, гигантское здание с планом в виде буквы Н, увенчанное подобием средневекового замка и украшенное аркадами и пилястрами. игнорирует здесь свойства каркасной конструкции и беспрецедентные в прошлом размеры здания, стремясь приблизить композицию к традиционным архитектурным схемам. От этого здание кажется особенно неуклюжим и громоздким.

Канада, не прошедшая через социальные потрясения, равные тем, которые пережила Европа ©о время первой мировой войны и после нее, как и США, неодобрительно отнеслась к рационалистической архитектуре. Только со времени кризиса 1929—1933 гг., ставшего таким же рубежом в развитии архитектуры Северной Америки, как первая мировая война для зодчества европейских стран, в Канаде появляются робкие подражания европейским функционалистам.

Однако подлинный перелом в развитии канадской архитектуры, связанный с освобождением от эклектизма, наступил лишь после второй мировой войны. Вторая мировая война стимулировала развитие канадской промышленности. В стране, бывшей до тех пор мировым экспортером пшеницы, производству которой она была обязана своим благосостоянием, начался бурный рост горнодобывающей промышленности. Резко возрастает городское население (с 57% общей численности населения в 1941 г. до 67% в 1956 г.).

Впервые за всю историю Канады ее освобождается от налета провинциальности и архаизма, впервые поднимается на уровень мировых достижений. Больше того, в ряде областей, например в области градостроительства, строительства высотных зданий, строительства из стандартных элементов, она выходит в число передовых среди капиталистических стран. В этом отношении конец 40-х и 50-е годы нашего века — важнейший этап истории канадской архитектуры.

Проблема национального своеобразия, волновавшая архитекторов и художников 20—30-х годов, приобрела после второй мировой войны особенную актуальность. Развитие экономики страны за истекшие четверть века, рост национальной буржуазии и проводимая ею политика вытеснения американского капитала способствовали укреплению национального самосознания. Теперь, однако, зодчие Канады стремятся не к утопическому идеалу национальных форм, а к использованию новейших достижений архитектуры и строительной техники сообразно с местными условиями, материалами, традициями.

Одна из самых молодых стран капиталистического мира, Канада характеризуется чрезвычайно высокой концентрацией капитала. Тресты и крупные фирмы монополизировали и подчинили себе все отрасли экономики и строительства. В отличие от Европы, где государственное, муниципальное и кооперативное строительство достигает 40—60% общего объема строительных работ, в Канаде оно не превышает 2%. Монополии и тресты здесь настолько могущественны, что на их средства возводятся даже целые города. Этот факт определяет важные особенности канадской архитектуры 40—50-х годов.

Возникновение каждого из таких городов — следствие бурного роста промышленности. Многие из них — Садбери и пр. — просто сборище деревянных хижин. Но появилось и немало городов, построенных с учетом прогресса в области градостроительства, с тщательно продуманной планировкой, хорошо связанной с особенностями рельефа, озелененных, с торговыми и общественными центрами. Таковы— Китимат, возведенный на средства алюминиевого концерна «Алюминиум Компани оф Канада» близ богатейших залежей бокситов (планировка архитекторов Майера, Вейтлези, Глэсса); Дип Ривер, возведенный трестом по выработке атомной энергии; Порт-Картье и Ганьон, заложенный в 1957 г. угольной компанией «Квебек Картье Майнинг К°» (архитекторы фирмы «Розе, Блэнд, Трюдо»); Эллиот Лейк, сооруженный компанией, эксплуатирующей урановые рудники (арх. Джером Марксон— жилые дома и фирма «Дж. Б. Паркин» — общественный центр) :и т. д.

Подобные явления можно было наблюдать с 80-х годов прошлого столетия в различных странах Европы. Зачатки комплексного строительства, направленного к тому, чтобы распространить контроль фирмы на все стороны жизни рабочих, хотя и в более примитивном варианте, можно найти и в самой Канаде: ее центральные, северные и западные территории осваивались в основном на средства двух крупнейших в стране железнодорожных компаний. Поэтому новизна здесь скорее в масштабах. То, что было сравнительно редким явлением в градостроительной практике Европы 1880— 1930-х годов, стало правилом в Канаде 1940—1950-х.

К числу важнейших градостроительных начинаний этих десятилетий относятся также реконструкция и расширение городов, расположенных на берегах реки св. Лаврентия, проводимые в связи с работами по использованию ее гидроэнергетических ресурсов и превращению в судоходную и для морских кораблей. Особенно резко меняются города Корнуолл, Морисбур, Ирокуаз, Лонг Солт, реконструируются деревни. Это одно из немногих строительных начинаний, возглавляемых правительством провинции и поддерживаемых центральными властями.

Пятидесятые годы отмечены первыми мероприятиями федерального правительства и муниципалитетов, продиктованными желанием урегулировать строительство и ввести его в плановое русло. В середине 50-х годов были разработаны 10-летний план развития Торонто, 20-летний план развития Ванкувера, план развития Оттавы. В соответствии с ними вокруг многих крупных городов были построены города-спутники. Например, неподалеку от Торонто выросли города Дон-Милс (фирма «Дж. Б. Паркин» — общественные здания; архитекторы фирмы «Дж. Э. Мюррей и Генри Флисс, Белькур и Блэр» — жилые дома) и Флемингтон-Парк.

Застройка новых городов остается малоэтажной. При возведении жилых домов широко применяются сборные элементы, дерево и кирпич. Традиции дешевого стандартного строительства по типовым проектам имеют в Канаде глубокие корни. Они были заложены в конце прошлого века в период освоения канадских прерий. За истекшие десятилетия в них выявились новые тенденции. Хотя Канада с неменьшим основанием, чем США, может быть названа одноэтажной, в последние 20 лет ощутимо дает о себе знать тенденция к увеличению компактности застройки. Двух-трехэтаж- ные жилые дома объединяются в группы. В такие же группы объединяются одно-двухэтажные здания магазинов, банков, предприятий.

Чрезвычайно актуальна для градостроительства Канады проблема освоения огромных пустынных территорий за Полярным кругом. В районе вечной мерзлоты расположена основная часть земель страны. Особенно интересны усилия в этой области, предпринятые правительством. К числу первых мероприятий относится строительство г. Иннувик в долине р. Маккензи (в 200 км к северу от Полярного круга). Он был возведен вместо старого Аклавика, возникшего в 1912 г. и ставшего из-за оттаивания грунта под зданиями и отсутствия стока вод городом без будущего. Новый город, официальное открытие которого состоялось в 1961 г., имеет рациональную планировку. В центре расположена широкая полоса парковой зоны, к концам которой примыкают деловой и общественный общегородские центры. Параллельно по обе ее стороны тянутся жилые зоны с равномерно расположенными <в зелени школами, магазинами и т. д. Дома и инженерные коммуникации подняты на деревянные сваи, под небольшими зданиями устроены прокладки из гравия. Цель этих приемов — предотвратить оттаивание грунта.