Бодегоны, создававшиеся в Севилье и Толедо, принадлежат к числу немногих светских жанров, существовавших в испанской живописи, и соединяют в себе элементы натюрморта и бытовых сцен. На них изображены простые люди и их повседневные занятия — они достают воду из колодца, готовят пищу, едят и пьют. В работе над характерами персонажей и предметами живописцы уделяли особое внимание их пластической лепке и точному структурированию поверхности. Бодегоны составляют значительную часть работ Веласкеса, относящихся к раннему периоду его творчества.

К наиболее известным работам севильского периода Веласкеса относится картина "Христос в доме Марфы и Марии". На переднем плане изображены две женщины; старшая смотрит на зрителя, показывая на младшую, которая занята приготовлением пищи. На столе стоит посуда с рыбой, яйцами и чесноком. Справа, на заднем плане, виднеется некрупное изображение Христа, посетивше-

В 1660 году по инициативе таких видных живописцев, как Мурильо и Эррера Младший, была создана Академия, однако в 1674 году она была закрыта из-за финансовых неурядиц. Академия была частной инициативой художников, стремившихся организовать обучение навыкам рисования, которых им часто не хватало. Обучение в мастерских касалось исключительно практических аспектов работы художника, тогда как теория, включавшая и рисование, пребывала скорее в забвении. Севильские художники собирались каждый вечер под эгидой этой Академии в Каса Лонха, здании биржи, и делали рисунки с натуры, оттачивая свое мастерство.

Творческий успех и материальное благосостояние крупнейших севильских мастеров были довольно разными. Если в начале столетия сфера деятельности живописцев в основном ограничивалась Севильей, то с каждым десятилетием Мадрид обретал все большую привлекательность как художественный центр. Несколько мастеров, в том числе Веласкес, Сурбаран и Эррера Младший, пытались с различным успехом обосноваться в столице королевства. И если Веласкесу удалось занять пост главного придворного живописца Филиппа IV, а Эррера Младший стал придворным художником у Карла II,

то Сурбаран провел свою основную творческую жизнь в родном городе. Другие художники, например, Мурильо и Вальдес Леаль, почти постоянно работали в Севилье и занимали видные посты в Академии, но, несмотря на их славу, не получали придворных заказов.

В первые десятилетия XVII века в работах молодых живописцев Веласкеса и Сурбарана, а также Мурильо, прослеживалось заметное влияние Караваджо и его школы. Предметы и человеческие фигуры на их картинах писались с четкой прорисовкой контуров и, казалось, обладали жесткостью пластической лепки; такой эффект достигался вследствие изощренной и резко контрастной игры светотени. В целом же композиция обладала двухмерным эффектом, а общая холодность тонов возникала из-за преобладания темных цветов; такая манера живописи стала отличительной чертой Мурильо. Во второй половине столетия в Севилье все больше крепнет влияние Тициана и других венецианцев, а также Рубенса, Ван Дейка и фламандцев. Для живописи этого периода свойственны размытые контуры, пышная лепка фигур, мягкое освещение с расплывчатыми границами между светом и тенью, светлые и туманные задние планы, теплый колорит и подчеркнутая пространственная композиция.

Дом Марии и Марфы; остается неясным, картина ли это или вид в другую комнату. Подобные изображения, включающие два смысловых уровня и объединяющие две сцены, относящиеся к различным участкам пространства, уже встречались во второй половине XVI века в работах голландских мастеров, таких, как Питер Артсен.

До сих пор искусствоведы не могут объяснить содержание этой картины. Одна из правдоподобных версий состоит в том, что немолодая женщина назидательно демонстрирует своей молодой компаньонке два разных образа жизни, vita activa (активную) и vita contemplative (созерцательную), представленные Марфой и Марией в сцене на заднем плане. Такая интерпретация укладывается в контекст современных созданию картины дискуссий о том, что лучше: крепкая вера и набожность или упорный труд и при

лежание. Б то же время полотно, возможно, служит иллюстрацией слов св. Терезы Авильской о том, что Христа нужно искать среди кухонных горшков и сковородок.