Общие характерные черты мусульманской архитектуры отражены, прежде всего, в религиозных памятниках. Известно, что изобразительные особенности искусства ислама не приемлют отражения в скульптуре или живописных произведениях человеческого образа. Да я мусульманина недопустимо видеть передачу внутреннего мира человека.

Поэтому у изображений христианских святых мусульмане выкалывали глаза. И, как результат, в исламе отсутствует скульптура как вид художественной деятельности, а пластика сводится к орнаментальной резьбе, так же как и в живописных работах, — к изображению птиц или животных, чаще к абстрактному орнаменту из цветочных, геометрических мотивов или эпиграфического орнамента.

Главное, в чем архитектурные направления мусульманской и европейской архитектуры разошлись, — в понимании ордера, как он представлялся в античном мире и Византии и был воспринят и переработан Европой, и в том формальном отношении к ордерной системе, каким его сделал средневековый мусульманский Восток. Западный ордер с его колонной, отображающей человеческую индивидуальность и рациональное архитектурно-художественное мышление, не нашел применения в исламском мире.

Колонна в восточной архитектуре остается скорее декоративным элементом, лишенным внутренней философии своего существования, логики тектонической работы и художественного отражения мироощущения общества. Принципы, на которых строится архитектурный образ ислама, далеки от европейских. Они значительно ближе к египетским или древнеперсидским, чем к римским или византийским.

В мусульманской архитектуре зародился прием, который стал универсальным для всех стран мусульманского мира. Помещения здания выходят во внутренние дворы, отделенные от них аркадами. Таким образом, создается общее природно-архитектурное пространство, объединяющее весь комплекс. В то время как, начиная с Пантеона, затем базилики Константина, св. Софии в Константинополе и более поздних памятников вплоть до зданий эпохи Возрождения, внутреннее пространство в европейской архитектуре играло вполне самостоятельную роль и обособлено от окружающего ландшафта.

Рассматривая наиболее ранние постройки средневекового Востока, легко заметить значительные заимствования из византийской архитектуры. Так, мечеть Скалы, построенная в 691 г. в Иерусалиме, имеет прототипом центрические постройки византийского происхождения, а мечеть Омейядов в Дамаске построена по принципу базилики.

Но уже в этих ранних мусульманских постройках византийского типа полностью исчезает граница между внутренним пространством здания и внешним пространством природы за счет большого количества одинаковых колонн и арок и однообразного орнаментального рисунка на них. То же можно проследить и в мечети Омейядов, где пространство двора и крайний к нему неф объединены открытыми пролетами между опорами, а потому трехнефное внутреннее пространство воспринимается как часть двора.

Пространство нефов велико, колонны высоки и тонки, арки достаточно широкие. Отделка богата и подчинена однообразию орнаментального рисунка. Все нацелено на то, чтобы пространство доминировало над реальностью конструктивной массы.

Однако в Кордовском халифате начиная с 786 г. строится замечательный памятник мусульманской архитектуры, вполне самостоятельное произведение мусульманского зодчества, Большая мечеть в Кордове. Она возводилась в несколько приемов, и ее строительство завершилось в 957 г.

Здание мечети отразило в своей цельной композиции все основные черты сложившегося мусульманского зодчества. Так же, как и в мечети Омейядов, крытая часть мечети в Кордове выходит открытыми пролетами во внутренний двор, что делает ее частью этого обширного двора. Базиликальное построение крытого зала в мечети коренным образом переработано. Теперь внутреннее построение мечети больше походит на персидские дворцы эпохи Ахеменидов.

Мечеть в Кордове снаружи больше похожа на некий двор, обнесенный стеной. Создается впечатление, что стена — искусственное ограждение для участка природы. Внутри же природное пространство является главенствующих по отношению к архитектурному окружению. Одновременно это пространство ничем не сдерживается и может развиваться безгранично, что, собственно, и происходило при многочисленных расширениях и удлинениях мечети. Такое развитие здания в европейской архитектуре совершенно невозможно без нарушения внутренней концепции.

Высота стены в мечети незначительна по сравнению с безграничным внутренним пространством. Если стоять в центре, то за бесконечно мелькающими колоннами стену совсем невозможно увидеть. Конструктивная логика арочной конструкции скрывается за подковообразной формой арок и полосатостью их вида. Контрастные темные и светлые членения арок создают впечатление бесконечно бегущего орнамента. Эти радиальные цветовые членения лишают арку естественного восприятия ее тектонической работы.

Так же, как орнаментальный окрас арок обусловливает восприятие бесконечности верхнего яруса аркады, бесчисленное множество одинаковых колонн не дает возможности воспринять единичную колонну как самостоятельную единицу в беспредельном целом. Динамичность пестрых аркад усиливается спокойными гладкими вертикалями стволов колонн. Купола собора, встроенного позже, не связаны с обшей конструкцией множества опор.

Пространства, образуемые ими, существуют самостоятельно и не стремятся к какой-либо соподчиненности. Таким образом, был создан образец мусульманского зодчества, в котором нашли отражение взгляды и философия глубоко исламизированного общества. Приемы строительства, отдельные композиционные и декоративные черты архитектуры этого сооружения найдут применение в архитектуре не только стран Ближнего Востока, но и Индии. Многие черты приобретут национальные особенности, но в основном общий подход к формированию мусульманского религиозного и даже дворцового здания останется тем же.