Третьим французским центром, где в 40-х годах XII века рождалось новое искусство, стал Шартр. Этот город занимал в королевском домене иное место, чем Сен-Дени и Санс. Будучи одним из семи городов, подчинявшихся сансской архиепископской метрополии, Шартр не играл существенной роли в разработке официальной идеологии и в делах государственной политики. Однако в нем заметнее, чем где-либо еще, были другие, более стихийные, но не менее важные и специфичные для эпохи явления общественной жизни и общественного сознания. Шартрский собор был в это время известен не только во Франции, но и в самых отдаленных областях католического мира как главное святилище Богоматери. Шартрская соборная школа была прославленным на всю Европу интеллектуальным центром. Правда, местом особого почитания Богоматери Шартр считался издавна, и соборная школа существовала в нем по крайней мере с начала XI века. Но в 20—40-х годах XII столетия, в связи со сложением общеевропейского культа Богоматери, локальный прежде шартрский культ приобрел невиданные дотоле масштабы. Соборная школа в этот период бурного развития теологии также переживала момент своего высшего расцвета. Если в Сен-Дени и Сансе господствовали конструктивная мысль и дисциплинированная воля идеологов и политиков, и они в художественной сфере воплотились в новаторских архитектурных концепциях, то в Шартре новое искусство было вызвано к жизни образовавшейся там в это время эмоциональной атмосферой, возникло на гребне волны стихийного поэтического чувства. Легенды и чудеса, связанные с культом Богоматери, массовые проявления религиозной экзальтации по поводу ее реликвии, хранившейся в соборе, ореол недосягаемой учености, окружавший соборную философскую школу — все это оказалось благоприятным для искусства, причем для создания не столько архитектурных, сколько более конкретных и красочных скульптурных и живописных образов.

Богоматерь почитали в Шартре с древних времен. Уже первая церковь, построенная в IV веке, сразу после учреждения шартрской епархии, была посвящена ей. О причинах возникновения культа Богоматери в Шартре свидетельствует предание, известное из шартрской хроники конца XIV века, но, несомненно, возникшее гораздо раньше. Согласно этому преданию, в 67 году н. э. два миссионера, св. Эдоальд и св. Альтин, пришли в Шартр и обнаружили там источник, считавшийся у кельтов священным, а рядом с ним грот, в котором находилась статуя женского божества с младенцем. Однако она не была обыкновенным языческим идолом. За сто лет до Рождества Христова некий кельтский вождь, повинуясь мистическому наитию, велел изваять статую и снабдить ее надписью: «Дева, которая родит». Увидев это пророчество, галльские апостолы поспешили соорудить на месте кельтского капища христианское святилище Богоматери и перенесли туда статую. Вплоть до Французской революции в крипте Шартрского собора действительно существовала наалтарная деревянная статуя Богоматери с младенцем. Она слыла той самой «статуей из грота», о которой говорилось в хронике. Статуя пользовалась огромной популярностью, что и послужило причиной ее гибели. В 1793 году она была сожжена перед Королевским порталом Шартрского собора.102

Однако настоящая слава пришла к шартрской церкви тогда, когда она стала обладательницей драгоценной реликвии — туники, в которую была облачена Богоматерь в день Благовещения. Эта туника, полученная Карлом Великим от византийского императора Константина V, хранилась в Аахенской капелле. В 861 году император Карл Лысый даровал ее Шартрскому собору.103 Реликвия на много столетий определила судьбу собора и города. С этого времени шартрская церковь стала привлекательной для паломников. Уже каролингское здание собора имело небольшой обход вокруг хора для того, чтобы паломники могли, не теснясь, проходить мимо реликвии.

Благодаря присутствию туники Богоматери в Шартре случалось много чудес. Так, в 911 году, когда норманны осадили город, шартрский епископ поднялся на городскую стену, держа перед собой тунику, как штандарт. Ее вид обратил отряды язычников в бегство. После этого вождь норманнов Ролло принял христианство и пожертвовал шартрскому собору один из завоеванных им замков.104

Еще в IX веке в Шартр стали привозить больных и калек для исцеления. Их помещали в крипте собора, построенной над «кельтским» источником, который и в средние века продолжал считаться чудотворным. Каждый больной находился в крипте десять дней, в течение которых духовенство заботилось о нем. В первой половине XII века, когда в результате Первого крестового похода во Франции увеличилось число прокаженных, появились многочисленные рассказы о случаях исцеления от этой болезни в Шартре.

Многолюдные паломничества к реликвии способствовали благосостоянию города. Четыре раза в год — в дни главных праздников Богоматери, ее Рождества, Введения во храм, Благовещения и Успения, когда наибольшее количество паломников стекалось в Шартр поклониться святыне — устраивались ярмарки. В XII веке они были сравнимы по масштабам с ярмарками Бургундии и Шампани. На ярмарках продавалось множество религиозных сувениров. В дни больших праздников они нередко составляли более половины всех проданных товаров. Особенно ценились так называемые «chemisettes», маленькие свинцовые эмблемы с изображениями святой туники. Рыцари носили их под доспехами. Им приписывалась чудодейственная сила. Перед поединком рыцарь, имевший на себе «рубашечку», обязан был предупредить об этом своего противника.105
Иногда для дополнительного сбора средств реликвию посылали с несколькими соборными клириками в путешествие по стране.

Ярмарки и пожертвования обогатили шартрскую церковь. Это дало возможность построить в первой половине XI века, после того как молния сожгла каролингскую базилику, новый собор — одно из самых больших церковных зданий в тогдашней Франции. Строительство, начатое в 1020 году, велось чрезвычайно быстро. Уже в 1037 году собор был освящен. Он представлял собой типичный паломнический храм, трехнефный, с очень широким главным нефом, имевшим деревянное покрытие, с обходом и венцом капелл вокруг хора, с трансептом и башней над западным фасадом. Особенностью этого романского собора была огромная крипта. Сохранившуюся каролингскую крипту сильно увеличили. К ней пристроили две сводчатые галереи во всю длину здания. Северная галерея предназначалась для лазарета. Обход вокруг хора крипты был расширен и снабжен тремя радиальными капеллами, довольно далеко отстоящими друг от друга.

Таким образом, в годы, когда строились церковь Сен-Дени и собор в Сансе, Шартр располагал достаточно большим и представительным собором, который в радикальной перестройке не нуждался. Однако некоторые строительные работы все же пришлось предпринять. Эта необходимость возникла в результате пожара, случившегося в 1134 году, хотя он не причинил собору больших разрушений, повредив только его западную часть — портик и башню. Поэтому капитул собора ограничился сравнительно скромной задачей — воздвигнуть колокольню к северо-западу от здания, причем в отдалении от него, подобно итальянским кампанилам. Такие колокольни встречались и во Франции, например, построенная в первой четверти XII века колокольня церкви Сен-Жермен в Окзерре. В течение десяти лет были возведены три яруса шартрской колокольни. Это массивная, квадратная в плане башня. Верхний ее ярус имел свинцовое покрытие. Каменного шпиля не предусматривалось.106

В начале 40-х годов внезапно возникла более обширная программа строительства. Было решено построить с юго-западной стороны собора еще одну башню, симметричную первой, продолжить боковые нефы здания до их соединения с башнями, а главный неф завершить двухэтажным нартексом. Нижний этаж нартекса должен был открываться наружу трехчастным порталом, а верхний — трехчастным же окном, повторяющим очертания портала. Внешним стимулом к этому строительству были, несомненно, впечатления от освященного в 1140 году западного фасада церкви Сен-Дени. Шартрский епископ Жоффруа Лев дружил с аббатом Сугерием и высоко ценил его архитектурные новации. Именно ему пришлось служить мессу во время грозы в недостроенном хоре церкви Сен-Дени, и он был удивлен и восхищен, увидев, как нервюры свода выдержали напор ураганного ветра.