Достраивая Успенский храм, зодчим XVIII в. пришлось внести значительные несоответствия в облик и конструкцию изначально шестистолпного сооружения. Но этим они скрепили его объем и довели до завершения начатое в XVII столетии строительство.

Успенский храм 1677 г. отличался рядом архитектурных особенностей. Большие городские и кафедральные соборы практически никогда не имели подклета. Исключениями являются два шестистолпных храма XVI в., в XVII столетии же соборы кремлевского типа на подклеты не ставили вообще. Как считается, практическая необходимость — для использования оставшихся от древнего сооружения котлована и укрепления закладываемых фундаментов — подтолкнула зодчих смоленского храма поставить его на дополнительный этаж со сводами. Этот прием послужил образцом для последующих шестистолпных сооружений: рязанский, псковский и тамбовский соборы35 уже без особой практической надобности возводятся на подклетах. Заметно стремление мастеров обыграть и представить изначально утилитарный прием с художественной стороны. В смоленском храме дополнительный этаж полностью скрыт под землей, тем самым действительно играя только функциональную роль, — снаружи здание выглядит просто стоящим на фундаменте. В последующих соборах подклет вынесен над землей, высота сооружений существенно увеличивается, меняются фасадные композиции и в целом образ храмов. В рязанском же Успенском соборе подклетный этаж использован в качестве основания под открытое гульбище, акцентируя именно эстетическую составляющую этого приема.

Одной из самых запоминающихся и необычных деталей внешнего облика смоленского собора являются его круглые окна. В контексте богатой на гнутые формы барочной декорации они даже на фасадах древнерусского по типу сооружения выглядят вполне уместно. Традиционно считалось, что они появились в композиции Успенского храма в период его достройки и декорирования первой половины XVIII в. под влиянием украинского зодчества36. Вниманием исследователей обходился изданный еще в 1880-е гг. и переизданный не так давно замечательный исторический документ — путевые записки стольника П.А. Толстого, сделанные им во время путешествия в Европу в 1697-1699 гг.37 Петр Андреевич Толстой, выехав из Москвы в конце января 1697 г., приехал в Смоленск в начале марта и сделал в своем дневнике запись: «В Смоленску соборная церковь зачата строить новая, зело велика и высока, имеет на себе в высоту трои окна, из которых одни круглые. От той церкви олтари отвалились, и стоит недостроена…»38. Приходится признать, что круглые верхние окна появились на фасадах смоленского собора в XVII в.39 и первоначальная композиция фасадов собора была построена по-другому: окна располагались на стене в три ряда. Это абсолютно меняет и представление о том, насколько храм был перестроен в XVIII столетии, и образ первоначального собора, строительством которого руководил архиепископ Симеон.

Наблюдения путешественника рождают цепочку рассуждений, связанных с общей хронологией строительства собора в XVII в. Храм заложили в августе 1677 г., осенью 1678 г. из Смоленска сообщают, что стены возведены на сажень от земли. В 1679 г., по данным авторов XIX в., все работы были остановлены из-за отвалившегося алтаря. Но в 1697 г. собор стоял с тремя рядами окон и отвалившимися абсидами. Когда же его стены были возведены практически до современной кровли? В период между осенью 1678 и 1679 г.? Но существуют архивные документы, датированные 1680-ми гг., говорящие о напряженной заготовке строительных материалов, «чтоб строению [собора] остановки не было»40. Если строительство храма продолжалось в 1680-е гг., то получается, что возводили стены собора, а отвалившиеся абсиды оставили в покое. Причем возвели эти абсиды в кратчайший срок — с 1678 до 1679 г., что не вполне правдоподобно. На наш взгляд, ошибка могла вкрасться из-за неправильного прочтения даты (1679 г.) или неверного сопоставления фактов. Документальных свидетельств времени отслоения абсид пока не обнаружено, но, вероятнее всего, это произошло позднее. Хотя нельзя исключить, что в 1679 г. появились первые трещины в кладке, и мастера стали предпринимать попытки их ликвидировать, не прекращая строительства. А в документах эти трещины отразились в гипертрофированном виде.

Архивные документы фиксируют деятельность архиепископа Симеона по заготовке материалов в 1680-е гг. Из его переписки с Москвой мы узнаем, что еще царь Алексей Михайлович в 1674-1675 гг. присылал из своей казны две тысячи рублей и несколько сот пудов железа на строительство Успенского собора41. В 1680-1681 гг. на те же нужды заготовлено извести, тесаного белого камня и кирпичей в Вяземском уезде, и Симеон просит перевезти материалы в Смоленск «…к тому строенью чтоб… без дела. лето не минулось»42. В этом же документе говорится о тесе и бревнах, необходимых для «соборные церкви». В другой грамоте 1681 г. Симеон просит царя Федора Алексеевича позволить взять нужное ему количество бревен и теса с «городового дела». В конце 1682 г. сообщает, что летом было израсходовано 2834 бочек извести, а 3166 не довезли, «к нынешнему зимнему пути» ему необходимо привезти из Бельского уезда 6000 бочек и те 3166 бочек.

В апреле 1682 г. умер царь Федор Алексеевич, благоволивший архиепископу Симеону. В конце года Симеон был отправлен в Троице-Сер- гиев монастырь, откуда вернулся в 1684 г. После небольшого перерыва документы о заготовке материалов вновь возникают в 1684 г., к этому времени относится также упоминание об отпущенном из Москвы в Смоленск «связном железе». Последней по времени является грамота, помеченная 1693 г., о перевозке большого количества белого камня и извести в Смоленск из Вяземского уезда. Других документов, датированных 1680-1690-ми гг., мы не знаем, но и имеющиеся говорят о большой строительной активности в эти годы.

Однако вероятность появления круглых окон на фасадах смоленского собора в 1680-х гг. очень мала. Первые круглые (или восьмигранные) окна в русской архитектуре XVII в. относятся к рубежу 1680-1690-х гг., и их возникновение связано с узким кругом московских заказчиков — царем Петром I и его ближайшим окружением, семьей Нарышкиных.

Восьмигранные проемы появились в столичных постройках развитого нарышкинского стиля — церкви Покрова в Филях (1690-1694 гг.), колокольне Новодевичьего монастыря (1690 г.), надвратной церкви Иоанна Предтечи Троице-Сергиевой Лавры (1693-1699 гг.), церкви Николы Большой Крест (1694-1697 гг., не сохр.)49, а затем молниеносно распространились в провинции. Как и отмеченный П.А. Толстым прием расположения фасадных окон в три ряда, впервые в XVII в. примененный в надвратных церквях Новодевичьего монастыря (1680-е гг.), круглые окна происходят из арсенала средств новаторского стиля, родившегося в столице. Поэтому композиционно-декоративная система фасадов смоленского собора, скорее всего, могла возникнуть вслед за московскими памятниками, то есть не ранее 1690-х гг.

1692 годом датируются первые документы о строительстве собора смоленского Вознесенского монастыря50. В составлении сметы на строительство соборной церкви обители участвовали именитые московские мастера Осип Старцев и Гурий Вахромеев. Царь Петр Алексеевич при посещении Смоленска в 1698 г. особое внимание уделял ходу строительных работ в Вознесенском монастыре. В фасадной композиции храма присутствуют верхние восьмигранные проемы — не все первоначальные формы церкви Вознесения дошли до наших дней, но верхние окна, на наш взгляд, сохранились от композиции XVII в.51 Вероятно, строительство двух сооружений — кафедрального Успенского собора и монастырской церкви — шло параллельно, и заимствование элементов современной столичной системы декорации в них вполне обосновано, учитывая участие в их строительстве лучших русских мастеров. Позднее восьмигранные окна стали привычной формой на фасадах смоленских церквей. Одним из первых примеров их появления стал храм Михаила Архангела (Свирская церковь XII в.), в процессе ремонта которого в конце XVII — начале XVIII в. стены северного и южного притворов были прорезаны восьмигранными окнами52.

Гипотетически существует и другой путь появления круглых окон на фасадах смоленского собора, но его вероятность несравненно меньше первого, московско-нарышкинского. Этот путь связан с непосредственным влиянием украинской архитектуры XVI-XVII вв., в которой круглые проемы не редкость, и их происхождение восходит к западноевропейской традиции. В таком случае достройка фасадов смоленского собора с круглыми окнами в завершении могла происходить и в 1680-е гг., но тогда придется признать, что они появились раньше московских памятников, украшенных ими, в нарушение принципа иерархичности, свойственного Средневековью. Правда, этим принципом пренебрегли ранее — призакладке Успенского собора, в полтора раза превышающего по габаритам московский образец. Учитывая небывалую смелость митрополита Симеона в таком важном вопросе как размеры здания, можно не сомневаться, что он мог применить на его фасадах понравившуюся ему, необычную для русского, но ординарную для украинского зодчества, форму окон. Однако это лишь одна из версий их появления.