Спасский монастырь, основанный на рубеже XII и XIII вв., в конце XV в. был перенесен из Кремля на берег Москвы-реки, на нынешнее место. В 1491 г. на месте существующего был заложен первый каменный собор, освященный митрополитом Симоном в 1497 г. В 1645 г. обветшавший храм XV в. разобрали и на его месте начали возводить новый собор, завершенный и освященный в 1649 г. Об архитектуре первого каменного собора не было никаких данных, пока во второй половине XIX в. Л.В. Даль, обследуя памятник, не открыл сохранившиеся в кладке XVII в. отдельные фрагменты галереи XV в. — колонны с белокаменными резными капителями11. В 1937 г. расчистки продолжились под руководством П.Д. Барановского, и в их результате были обнаружены два пролета галереи XV в. с тремя восьмигранными колоннами, увенчанными резными капителями. Основываясь на исследовании сохранившихся фрагментов храма, Н.Н. Померанцев предположил, что в строительстве первого каменного Новоспасского собора принимал участие итальянский мастер, приглашенный Иваном III в Москву для перестройки Московского Кремля12.

С самого начала своего существования монастырь был местом упокоения членов виднейших боярских фамилий, в том числе и Романовых. Когда к 1640-м гг. монастырский собор обветшал, возможность функционирования его в качестве усыпальницы стала ограничена. Думается, что для новой царской династии наличие собственного храма-усыпальницы был вопросом насущной необходимости. Поэтому Новоспасский собор должен был сразу мыслиться «продолжением» великокняжеской кремлевской усыпальницы — Архангельского собора. В архитектуре Новоспасского храма Михаил Федорович, а затем Алексей Михайлович желали видеть повторение величия, достоинства и монументальности кремлевского памятника. Монастырский собор представлялся Архангельским собором Романовых — мавзолеем новой царской династии.

Два сооружения должны были повлиять на сложение образа и конструкции Новоспасского храма, и оба — произведения итальянских мастеров. Новоспасского 1497 г. и Архангельского соборов имела, надо полагать, много общего, и именно поэтому арзамасский храм, предположительно выполненный мастерами, близко знакомыми с архитектурой Новоспасского монастыря, выглядит уменьшенной и немного упрощенной копией Архангельского собора. Построив Спасский храм в Арзамасе, зодчие XVII в., только подступающие к монументальным четырехстолпным композициям, впервые применили, «отрепетировали», навыки, полученные из соборных образцов рубежа XV-XVI в. В архитектуре Новоспасского храма эти приемы были закреплены и в какой-то степени развиты.

Основополагающим стало увеличение габаритных размеров собора — в XVII в. оно явилось первым столь крупным сооружением13, уступавшим в размерах по тем временам только Успенскому собору Кремля и практически совпадавшим с Архангельским, даже немного превышая его по ширине, — габариты четверика Новоспасского равны 24 х 27 м, Архангельского — 23 х 27 м. Нужно напомнить, что Архангельский собор является шестистолпным сооружением, а Новоспасский, обладая теми же размерами,— четырехстолпным, то есть его компартименты (квадрат под центральной главой 6 х 6 м, средняя западная ячейка 6 х 5,4 м, боковая западная ячейка 5,4 х 4,6 м) больше компартиментов не только всех предшествующих соборных пространств XVII в., но даже пространственных ячеек Архангельского собора (квадрат под центральной главой 6,4 х 6,4 м, средняя западная, ближайшая к подкупольной, ячейка 6,4 х 4,6 м, средняя самая западная ячейка 6,4 х 3,6 м, боковая купольная ячейка 4,6 х 4,6 м, боковая западная ячейка 4,6 х 3,6 м). Монументали- зации образа храма содействовали постановка четверика на подклет и включение в его композицию трехсторонних обходных галерей, которые перешли в храм XVII в. из сооружения XV столетия и придали его четверику еще большую основательность, учитывая, что с ними храм стал больше Успенского собора.

С увеличением габаритных размеров увеличиваются барабаны глав памятника. Венчание крупного четверика соразмерным ему пятиглави- ем со значительно доминирующим центральным барабаном является, на наш взгляд, ключевым сюжетом в истории становления композиции монументального собора. В России XVII в. этот сюжет оформился с должной полнотой в архитектуре Новоспасского храма, но аналогичные эпизоды можно наблюдать и в других православных центрах на поствизантийских территориях. В архитектурной храмовой иерархии «царственное» пятиглавие обозначало наивысшую ступень и всегда указывало на исключительность идеологических замыслов заказчиков, что особенно верно для русского позднего Средневековья, но находит подтверждения и в архитектуре Сербии, Валахии и Украины. Храмы с пятиглавым завершением появляются в тот момент политического развития государства, когда его правителям становится необходимо продемонстрировать наследственный характер их власти, восходящей к византийским (или просто — к более древним) корням. Такая преемственность служит дополнительным идеологическим обоснованием политических амбиций средневековых православных государей14.

Когда в Сербии актуализируется идея единого царства трех православных народов — сербов, греков и болгар — и короли Милутины сербской династии Неманичей «пытаются подхватить колеблющееся знамя Византии»15, храмы с пятью главами появляются на территориях Косова Поля и Македонии: Богородичный монастырский храм в местечке Ма- тейч (около 1300 г.), церковь Георгия в Старо Нагоричино (1317-1318 гг.), Успенская монастырская церковь в Грачанице (1315-1321 гг.). Позднее по их образцам князем Лазарем был построен пятиглавый храм Вознесения монастыря Раваница (1376 г.), а в 1407-1418 гг. сыном Лазаря, Стефаном Лазаревичем, получившим от византийского императора Иоанна VII Палеолога высокий титул деспота, эта традиция была продолжена строительством собора монастыря Ресава (Манасия).

В Валашском княжестве в 1510-е гг. был сооружен первоначально пятиглавый храм Митрополии в Тырговиште. Его строитель — деспот Нягу Бесараб — за свое долгое по румынским меркам девятилетнее правление возвел несколько различных по своим типам храмов, и среди них — пятиглавый собор, призванный возглавить их ряд. Активное строительство времени Нягу Бесараба, и сами архитектурные образы, созданные в период его правления, содействовали укреплению авторитета его власти, и без того одной из самых сильных в истории Румынии.

В конце XV — первой половине XVI в. два пятиглавых храма были построены в Острожском княжестве на Волыни (Украина) — Богоявленская церковь в Остроге16 и Троицкий собор Межиричского монасты- ря17. Князь Константин Иванович Острожский, заказчик храмов, врядли имел имперские амбиции, но, будучи истинным и страстным православным на службе у великого князя Литовского, избрал для своих сооружений византийские в своей основе пятиглавые образцы, которые должны были олицетворять торжество Православия на границе с католическим миром. Сильные государственнические настроения отразило масштабное строительство пятиглавых соборов на Украине во второй половине XVII в.

Каждый раз пятиглавие венчает крупный по габаритам столпный храм, возводимый для многолюдных торжественных служб. Чем больше размеры храма, тем реже в его завершении встречается одна или три главы, тем органичнее на нем выглядит пятиглавие18. Когда в Новоспасском соборе соединились величественный по своим габаритам четверик с соразмерным ему пятиглавым венчанием, тогда русская соборная XVII в. достигла искомой степени монументальности, необходимой для государства формирующегося абсолютизма.

Высокий художественный уровень архитектуры Новоспасского собора делает его программным сооружением, занимающим особое место среди храмов первой половины XVII в. В его архитектуре воплотились представления первых Романовых о соборном памятнике, продолжавшем многовековую традицию царской архитектуры, с одной стороны, а с другой, отмечавшем начало отсчета нового государственного времени; совмещавшем в себе традиционную соборную схему с привнесенными в нее новыми значительными акцентами. Новоспасский собор должен был являть новый образец храма, который нельзя уже было проигнорировать при строительстве главной церкви города или монастыря. Чтобы получить формулу соборного храма, был пройден путь от четырехстолп- ного одноглавого храма через храмы с «миниатюрными» главками к крупному четырехстолпному пятиглавому собору.

Освоив таким образом соборный тип сооружения, мастера с 1650-х гг. начинают разработку его ведущего в русской средневековой архитектурной иерархии вида — шестистолпного собора.

Первый в XVII в. большой шестистолпный собор — городской Спасо- Преображенский собор в Кремле — сооружается в Нижнем Новгороде. История собора ведет свое начало с XIII столетия, когда в 1225 г., спустя четыре года после основания самого города, великий князь владимирский Юрий Всеволодович заложил в Кремле Спасский храм. В середине XIV в. возводится новый собор, в который из Суздаля была перенесена древняя икона Спаса Нерукотворного, ставшая главной святыней храма. К концу столетия, после захвата и сожжения города татарами (1378 г.), собор опять перестраивался, и этот храм просуществовал еще триста лет19. К середине XVII в. он уже обветшал настолько, что в Москву от воеводы князя Ивана Шаховского в 1646 г. было послано сообщение о невозможности ведения в нем служб: «…соборная церковь боголепное Преображение ото множества лет стала рушитца… Сверху камень и известь падет. Служити в той соборной церкве невозможно»20.

В 1652 г. было завершено строительство нового собора: «Лета 7160 (1652) годе, Генваря в 20 день: в Нижнем Нове граде, построена церковь соборная каменная, Преображения Господня Государевою казною»21. Древний храм простоял рядом с новым еще два десятилетия и в 1672 г. был разобран. Однако и собор XVII в., просуществовав чуть более века, начал разрушаться. В 1816 г. он был признан негодным для ведения служб, а в 1829 г. разобран. Его сменил построенный в 1830-1834 гг. громадный собор, спроектированный в «древнем виде» архитектором Авраамом Мельниковым22. Этот последний Спасский собор в 1929 г. в процессе расчистки территории Кремля был снесен. Таким образом, архитектурный облик третьего Спасо-Преображенского собора — памятника XVII в. — может быть восстановлен лишь по нескольким сохранившимся чертежам23 и текстам XIX в.24.

Особо стоит отметить заинтересованность московской царской власти в строительстве храма XVII в., несколько раз подтвержденную документально. А.С. Гациский, не ссылаясь на источник, сообщал о том, что новый собор было решено построить еще по приказанию Михаила Федоровича в знак благодарности за активную роль нижегородцев в ополчении 1612 г.25. В 1646 г. нижегородский «государев воевода князь Иван Федорович Шаховской». писал «отписку» о плачевном состоянии храма непосредственно царю26, после чего Алексей Михайлович в январе 1647 г. присылает грамоту «гостиной сотни торговому человеку Семену Задорину» с указом составить смету на «церковную поделку»27. В «Нижегородском летописце» сообщается о постройке храма на средства государевой казны, а после окончания строительства в собор от царя присылается напрестольный крест28. Средства на содержание соборного причта, судя по актовым документам первой четверти XVII в., шли из государевых таможенных сборов29.

Строительство первого в XVII в. шестистолпного храма велось не в царской вотчине или монастыре, а в бывшей столице удельного княжества, ставшей в XVII в. крупным торговым и политическим центром Руси. Возведение нового городского собора в Нижнем Новгороде, финансировавшееся из Москвы, приняло масштаб общегосударственного строительства и явилось одним из первых проявлений в архитектуре новой общерусской идеологии, складывавшейся в столице при дворе Алексея Михайловича.

Спасский собор был построен в юго-восточной части Нижегородского кремля, посреди обширной площади, на высоком месте, откуда начинался откос к берегам Оки и Волги. Собор возводился несколько севернее старого Спасского храма, разобранного только после того, как из него были перенесены гробницы нижегородских князей, помещенные впоследствии под полом нового храма вдоль южной его стены30. Таким образом, новый Спасский храм являлся одновременно городским собором, усыпальницей местных князей, а по прошествии двадцати лет стал кафедральным собором новой епархии, учрежденной в 1672 г., т.е. как бы совместил в себе функции, родственные функциям Успенского и Архангельского соборов Московского Кремля. В год освящения храма, опять же по повелению Алексея Михайловича, к западу от него была сооружена восьмигранная шатровая колокольня, дополнившая ансамбль главной городской площади.