Среди сёверофранцузских соборов, строительство которых во второй половине XII века стратегически, политически или идеологически укрепляло позиции французской королевской власти, Парижский собор явился наиболее очевидным выражением централизаторских устремлений французских королей. Его строительство имело государственное значение, потому что он с самого начала мыслился как собор столицы французского королевства. Понятие столицы было во второй половине XII века новым для Европы. В формировании и воплощении этого понятия Франция тогда опередила другие европейские государства. Конечно, во всех странах существовали многочисленные крупные города, знаменитые благодаря высокому рангу своей церкви или учености ее клира, известные как центры ремесла и торговли, притягательные благодаря своим реликвиям и ярмаркам. Но столицы как центра государства, где бы сосредоточивались государственные учреждения и пребывал постоянно властитель, в то время еще нигде не существовало. Дворы германского императора и английского короля продолжали быть, как это велось с каролингских времен, странствующими дворами, путешествовавшими от одного королевского замка или императорского пфальца до другого, иногда подолгу гостившими в различных городах и монастырях. Иначе как постоянно объезжая владения короны, эти дворы и не могли существовать, потому что в Империи и в Английском королевстве территории, непосредственно подчиненные верховному властителю, были разрознены, чередовались с территориями почти суверенных герцогств и графств. Французский королевский двор также разъезжал по королевству, но уже в середине VII века он стал более или менее оседлым; в период брачного союза Людовика VIII и Альеноры Аквитанской местом пребывания королевского двора считался Париж. Оседлости двора способствовали компактность территории, составлявшей собственность французских королей, Иль-де-Франса, и ее постепенное, последовательное, без феодальных включений, расширение. Естественно, что в целостном территориальном ядре сложился главный городской центр. Париж стал им, в первую очередь, из-за своего важного стратегического положения в домене — на реке Сене, которая обеспечивала королевским владениям выход к морю. Цитаделью королевской власти был при Людовике VII дворец, «Palais», расположенный в западной части вытянутого вдоль русла Сены острова Ситэ. Во дворце обитали французские короли и находился Королевский совет, «Curia regia», высший судебный орган королевства, куда призывались, в случаях возникновения феодальных споров, даже высшие вассалы короля. Немалую роль для обретения Парижем статуса столицы сыграла и слава одного из крупнейших интеллектуальных центров Европы, которую он завоевал еще в первой половине XII века, во времена Абеляра, благодаря своим знаменитым школам — соборной, монастырей Сен-Виктор и Сент-Женевьев, а также частным. В отличие от Шартра, центра элитарной учености, собравшего тогда целое созвездие выдающихся мыслителей, Париж был в десятилетия, предшествующие образованию университета, скорее учебным центром, принимавшим школяров отовсюду, городом, открытым для публичных богословских диспутов. Там витал дух молодости, свободы, новизны.

Симметрично дворцу, на противоположной, восточной оконечности острова Ситэ, с 60-х годов XII века начал строиться собор. Место для него предопределила давняя историческая традиция. Ситэ был древнейшей частью города, которая хранила архитектурные напластования многих столетий, вплоть до остатков галлоримских храмов и укреплений. В VI веке на фундаментах этих сооружений были построены три христианских храма — св. Стефана, Богоматери и баптистерий. Вначале главным считался храм св. Стефана, в IX веке эта роль перешла к церкви Нотр-Дам. В середине XII века все три храма решили заменить одним большим соборным зданием.

Строительство собора сопровождалось градостроительными мероприятиями. Перед тем местом, где планировался западный фасад, пространство было освобождено от жилой застройки и огорожено, так что образовалась небольшая площадь. Кроме того, к зданию строящегося собора была проложена среди жилых кварталов Ситэ улица, названная «Нёв Нотр-Дам». Она шла от соборной площади на запад, пока не упиралась в другую, ранее существовавшую поперечную улицу, которая вела к двум мостам — Большому и Малому, соединявшим Ситэ с Латинским кварталом на левом берегу Сены и с деловой частью города на правом. Благодаря двум центрам — светскому и церковному и благодаря прочной связи с остальным городом Ситэ во второй половине XII века стал подлинным сердцем Парижа, причем восточная часть острова, с собором и двумя перпендикулярными магистралями, играла доминирующую роль. Возникновение соборной площади и прокладка новой улицы явились провозвестниками больших градостроительных работ, изменивших облик всего города. Эти работы — отнесение города высокой каменной стеной, мощение улиц, устройство водопровода и общественных фонтанов — развернулись в 90-х годах XII века, в период правления короля Филиппа II Августа.

Современники видели, что Париж растет и приобретает все большее значение. Так, Иоанн Солсберийский, посетив Париж по поручению Томаса Бе- кета в 1164 году, написал: «Поистине, в этом городе пребывает Бог, а я этого не знал»/В хронике аббата монастыря Мон-Сен-Мишель Робера де Ториньи, где содержится известное свидетельство о массовом народном энтузиазме, возникшем в 1145 году по поводу строительства фасада Шартрского собора, есть и запись относительно Парижского собора. В 1177 году, когда аббат посетил Париж, он видел только хор собора, причем еще без сводов. Однако он написал: «Когда это произведение будет завершено, никакое другое здание по эту сторону Альп не сможет с ним сравниться».10

В соответствии со столичным рангом Парижского собора в его замысле изначально присутствовали показатели, которые свидетельствовали о намерении заказчиков и строителей сделать собор грандиозным сооружением. В отличие от Сансского, Нуайонского и Ланского соборов, Парижский был задуман не трех-, а пятинефным и с двойным обходом вокруг хора. Кроме того, длина собора (127,5 м) значительно превзошла длину других соборных зданий. В Сансе она—113 м, в Нуайоне — 103 м, а собор Лана, до начала XIII века, когда был сооружен новый, протяженный хор, имел длину 90 м.