Сказанное выглядело бы натяжкой, если бы сам Витрувий не велел выбирать ордер сообразно характеру постройки. Античная эстетика очень осмысленно употребляла ордер. Так, храмы Гераклу, воительнице Минерве или Марсу строились в дорическом, а посвященные Прозерпине, Венере, Юноне — в ионическом, святилища же приснодевы Дианы или нимф — в коринфском стилях. Выбор женского ордера объясняется здесь еще и тем, что вилла строилась в преддверии свадьбы ее заказчика и мыслилась как подарок молодой жене.

Но колонны вовсе не главное в этом здании. Здесь они служат лишь изящным эскортом совсем иной интриги, закручивающейся у Палладио, как обычно, вокруг планиметрии, игры объемов. Пространственная драматургия — мужская, в сущности, радость (много ли, по совести, геометров среди женщин?). Коллизия же не в том, как закручены и прихотливо связаны комнаты с центральным залом (чехарда: через одну). И не в замысловатом отношении расстояния между колоннами к их высоте…

Основная идея, по которой структурировано пространство виллы Корнаро, проста и гениальна одновременно. Если обойти здание вокруг, можно убедиться, что сзади — точно такой же фасад. Но если главный фасад мажорно вышагивает вперед из массива здания, то колоннады задней лоджии, напротив, интимно вобраны в корпус виллы. И главный фасад выдвинут из тела здания ровно и точно (сантиметр в сантиметр) в той же мере, в которой вдвинут в тело — тыльный. Что особенно хорошо видно, если посмотреть на план. Тогда мы увидим, что вилла выглядит как исполинский школьный пенал, с которого сдвинута крышка.

Сделано это не ради простого формального экзерсиса, это не чистое испытание лоджии на экстра- вертность и интровертность: мол, можно и так, и эдак. Подобное решение объема здания продиктовано целесообразностью. Состоит она в том, что главный фасад смотрит на север и, обреченный быть теневой стороной дома, специально выдвинут вперед, компенсируя недостаток света обилием воздуха среди свободной колоннады. Лоджия же, выходящая на юг и требующая освежающей прохлады в знойный летний день, напротив, утоплена в тени.

Планиметрическая игра лучше всего (и сразу) видна на плане. Парадокс: главная точка зрения на виллу — сверху, «с неба». Это и есть самое курьезное в вилле Корнаро. Но «планиметрию» видит не только Бог или птицы.

Замысел, который виден только Богу, но которому человек может и должен всячески содействовать — одна из распространенных доктрин масонства, согласно которой, существует «спущенный сверху» План на восстановление божьего порядка, орднунга (однокоренное с «ордер»). Необходимо приняться за созидание мудрого правления. Это будет теократия, где все согласно установлениям воли Господней. Теократию символизирует Храм Соломона. Всемирный храм! Его-то вольные каменщики дружно и зиждут под Божьим руководством. Прогресс движется путем постепенного воспитания и просвещения человечества.