Происшедшее перенесение акцентов со строительства сооружений на организацию пространств сказалось на роли доминант. Их участие в композиции площадей и улиц признается не всегда необходимым.

Единообразие застройки и относительная редкость вертикальных объемов (вспомним горизонтальную модель М. Бахтина) оказались в тесной взаимосвязи с повысившимся вниманием к организации регулярных городских пространств.

В некоторых случаях задача организации пространства оказывается настолько очевидно первостепенной, что выстраиваются лишь фасадные стены обрамляющих площадь домов, а затем распродаются участки за этими стенами с тем, чтобы каждый владелец пристраивался к фасаду как сочтет нужным.

Так была создана Вандомская площадь в Париже, в России подобный прием был применен при формировании центра Ярославля.

Главенство формальной изобразительности в архитектурных построениях привело к изменениям в понимании роли городских пространств. Вместо соборных, ратушных, рыночных площадей на первое место во многих городах выходят площади-монументы, специально создаваемые для постановки того или иного памятника.

Получают распространение площади без специального содержания, служащие просто опорными узлами градостроительной композиции. Намечается разрыв между содержательной и архитектурно-пространственной дифференциацией пространств.

Возникает своего рода игра: архитектурная организация места в виде площади как бы намекает на то, что данное место обладает особым значением, хотя на самом деле площадь и не имеет специфического функционального содержания.

Человеческое сознание, привыкшее к стереотипу соответствия архитектурного выражения важности места, в какой-то мере поддается внушению, или даже принимает условия игры и начинает находить интерес в предложенном пространстве как таковом.

В исключительных случаях даже функция площади быть пятном свободного пространства среди застройки могла отсутствовать: площадь Согласия в Париже первоначально была ограждена только с одной стороны.

С трех других лишь ров служил ей условной границей, показывавшей, что здесь площадь, — а там — нет. Получает развитие композиционная тема: здесь и там, в которой содержательно неясное различие отдельных мест города тем не менее осознается как значимое и потому может переживаться эстетически.

Композиционная игра в здесь и там, возникшая еще в период , в дальнейшем становится одним из важных мотивов в самых различных архитектурно-пространственных построениях.