В Шартрском соборе композиция стены главного нефа в каждой травее подчинена идее неуклонного восходящего движения всех архитектурных форм и линий. Это движение начинается мощным подъемом опорных столбов и стрельчатых арок нижнего яруса, затем оно продолжается, дробясь, в четырех небольших, с колонками в рост человека, арочках трифория, и снова набирает силу и обретает поражающий воображение масштаб в двух семиметровых ланцетовидных окнах. Наконец, композицию венчает роза такого же, как ланцеты, семиметрового размера, которая собирает воедино и гармонизует все стремящиеся ввысь вертикальные и дугообразные линии проемов. Огромные, ярко и многоцветно светящиеся оконные плоскости верхнего яруса главного нефа явились, пожалуй, самым важным достижением шартрского архитектора. Если тип большой арки был известен более ранним эпохам средневековья, то стеклянные плоскости, занимающие всю верхнюю часть стены травеи, поднимающиеся от трифория до самых сводов и простирающиеся от одного пучка тяг, ограничивающего травею, до другого, не встречались раньше нигде и никогда. Именно благодаря этим огромным плоскостям, сотканным из лишенной объема и веса цветной светоносной материи, архитектура стала по-настоящему готической. Шартрским архитектором впервые была создана комбинация из двух ланцетовидных окон и розы над ними. В Шартрском соборе эта комбинация составлена из раздельных частей: ланцетовидные окна разделены плотным импостом, розу образует каменный диск, в который врезан сплошной световой восьмилепестковый цветок, а вокруг него прорезаны в плоскости диска, с интервалами, квадрифолии, попеременно ббльшего и меньшего размеров. Впоследствии в соборах Реймса, Амьена и других вся верхняя часть стены в каждой травее становится единой стеклянной плоскостью, и в нее ажурным узором тонких каменных переплетов вписаны очертания ланцетов, образующих многоступенчатую систему, в которой крупные ланцеты подразделяются на все более мелкие, а также очертания роз, иногда по нескольку, в разных масштабах и на разных уровнях системы. Такие композиции появляются и в окнах боковых нефов соборов.

В отличие от готики последующих десятилетий XIII века, оконная композиция Шартрского собора составлена всего из трех элементов, и многоступенчатости в ней нет, но шартрским архитектором было найдено основное: монументальный масштаб и характер группировки оконных проемов. Обе эти находки вскоре стали нормой для архитекторов французской, а затем и общеевропейской готики.

Подобным же образом шартрским архитектором были найдены принципы композиционной и пластической организации всей стены травеи. Основополагающим для него, как и для его непосредственных предшественников, явился принцип сквозной структуры. Стена главного нефа состоит из проемов и трехмерных тел — тяг, колонок, импостов, которые образуют решетку, или каркас, рисующийся на пространственном или на световом фоне. Эта структура интенсивно разрабатывалась северофранцузскими архитекторами второй половины XII века с акцентированием то светового фона, как в зданиях нуайонской группы, то пластически трактованного каркаса, как в Ланском соборе. Шартрский архитектор сумел синтезировать завоевания своих предшественников. Шагом вперед, по сравнению с ними, стала в творении шартрского архитектора системная взаимосвязь ярусов стены главного нефа в каждой травее. Она проявляется в согласованности движения всех архитектурных линий ввысь. Такое впечатление достигается благодаря тому, что арочные проемы имеют во всех ярусах сходные вытянутые пропорции и примерно одинаковую остроту стрельчатых завершений. В четырехъярусных стенах зданий второй половины XII века единство пропорций арочных проемов и окон не соблюдалось. В некоторых ярусах они были узкими и длинными, в других — широкими и короткими. Стрельчатые арки могли быть в одном ярусе острыми, в другом — округлыми, со стрельчатыми могли сосуществовать полукруглые арки. В стене травеи Шартрского собора снизу доверху выдержан единый пропорциональный строй.

Системность композиции стены достигается и сильным перепадом масштабов между ярусом трифория и двумя другими ярусами. В архитектуре второй половины XII века ярусы надстраивались друг над другом, добавлялись один к другому и выглядели как равноценные, тем более что два или три яруса могли быть близки по высоте. В травее Шартрского собора узкий трифорий воспринимается не как самостоятельный ярус, а как соединительное звено между двумя главными частями композиции.