Русский модерн

Внесла значительный вклад в развитие мирового зодчества того времени как в типологии зданий и строительной техники, так и в области художественно-композиционной стороны архитектуры.

Проходя через этапы развития зодчества, свойственные всем капиталистическим странам (эклектика и стилизаторство, ранний модерн, строгий модерн, модернизированная классика, рационализм, неоклассицизм, национально-романтические тенденции и т. д.), она в то же время имела свои особенности, вызванные своеобразием развития капитализма в России и традициями зодчества.

К ним относятся прежде всего развитие и сложное переплетение многочисленных направлений и течений в архитектуре, обусловленных длительностью процесса зарождения и формирования капитализма в России и сохранением многих пережитков феодально-крепостнического строя.

В архитектуре России второй половины XIX — начала XX в. нередко сосуществовали пережитки зодчества феодального периода, промышленного и монополистического этапов капитализма и ростки нового, являющегося предпосылками новой архитектуры.

В градостроительной практике России долгое время, например, придерживались исторически сложившейся ранее структуры городов и системы их застройки. Процесс формирования новых типов зданий отличался длительностью и большей преемственностью, стилевые поиски отличались значительным учетом художественных традиций.

Это сказалось и в сильной национальной окраске русской архитектуры этого времени, и в преимущественном развитии национальных тенденций в общем потоке стилизаторства и стилизации в русской архитектуре, которые также складывались под воздействием традиций, и в пронизывании национальными чертами даже самых интернациональных стилевых направлений того времени, как модерн и другие рационалистического толка направления.

стилизовался главным; образом под древнерусское зодчество, русское и русский классицизм. Тесная связь с национальным наследием прошлого — одна из характерных особенностей стилевых поисков русской архитектуры эпохи капитализма всех его периодов.

К особенностям архитектуры России этого времени следует отнести и значение давних рационалистических традиций русского зодчества, которые способствовали, например, быстрому становлению модерна на рационалистический путь и придали рационалистический характер даже крайним стилизаторским произведениям.

Значителен вклад России и в строительно-техническую сторону архитектуры, о чем свидетельствуют, например, новые сетчатые подвесные конструктивные системы В. Г. Шухова, безбалочные перекрытия А. Ф. Лолейта, нововведения в области железобетонных конструкций Н. А. Белелюбского и др.

Одной из наиболее характерных особенностей архитектуры России второй половины XIX — начала XX в. является резкое углубление противоречий, поляризация прогрессивных и консервативных ее тенденций и зарождение в недрах капитализма некоторых элементов и предпосылок для создания новой архитектуры, хотя, естественно, ни социалистический уклад, ни социалистическая не могли зародиться в условиях капитализма, а могли быть созданы лишь после Великой Октябрьской социалистической революции.

Итоги этапов исторического развития архитектуры России рассматриваемого периода и выявление прогрессивных моментов в застройке городов, в формировании новых типов зданий, в строительной технике, в поисках стилевого единства и художественной выразительности важны и для современности, так как дают возможность глубже понять пути становления советской архитектуры и специфику мастерства старшего поколения зодчих советского времени, начавших работать до революции, неразрывную, хотя и не всегда видимую и последовательную связь прогрессивных начал зодчества предреволюционной России с архитектурой первых лет советского государства.

Наибольший интерес при этом представляют ростки нового. К ним относятся, правда в то время немногочисленные, примеры комплексного строительства в городах, включающего жилые и общественные здания и прежде всего комплексы рабочих городков и кварталов; новые виды рабочих жилищ с элементами коллективного обслуживания (например, Гаванский городок в Петербурге); новые виды общественных зданий с элементами нового, обусловленного потребностями рабочего класса (например, народные дома, клубы с читальнями и залами для собраний, библиотеками и т. д.); крупные многопролетные производственные сооружения (такие, например, как 9-пролетная механическая мастерская электромеханического завода, построенная в 1911 г. в Петербурге) и т. д.

Использование после революции ряда крупных предприятий, а также жилых и общественных зданий без значительных перестроек также свидетельствует о том, что в дореволюционной России были созданы некоторые здания и сооружения, пригодные и в условиях новой социальной формации.

Это строительство было связано главным образом с общим техническим прогрессом, революционным подъемом и необходимостью удовлетворения потребностей нового класса пролетариата.

Период, на который оно приходилось, — империализм— являлся не только последней стадией капитализма, но и стадией, непосредственно подводящей к социалистической революции. В этот период происходило обострение противоречий и концентрация как отрицательного, так и ростков нового— положительного, и «по всей линии,— как писал В. И. Ленин, — сложились и обнаружились черты переходной эпохи от капитализма к более высокому общественно-экономическому укладу».

Однако нельзя забывать об общей, весьма ограниченной возможности строительства подобных зданий в ту пору. Многое ценное в архитектуре того времени так и осталось в проектах и научных предложениях, потому что не могло быть осуществлено в условиях капиталистической формации.

При рассмотрении вопроса зарождения элементов и предпосылок для создания новой архитектуры в предреволюционной России нужно иметь в виду слова В. И. Ленина о весьма ограниченных возможностях этого процесса в предреволюционные годы.

Например, характеризуя первые в Советском государстве общественные столовые, ясли и детские сады, В. И. Ленин писал: «Эти средства не новы, они созданы (как и вообще материальные предпосылки социализма) крупным капитализмом, но они оставались при нем, во-первых, редкостью, во-вторых, — что особенно важно — либо торгашескими предприятиями, со всеми худшими сторонами спекуляции, наживы, обмана, подделки, либо акробатством буржуазной благотворительности…».

Поэтому ростки нового более отчетливо, чем на практике, проявились в теоретических высказываниях и в разного рода проектных предложениях и изобретениях. Широкие архитектурно-планировочные замыслы передовых зодчих все больше вступали в противоречие с социальным строем царской России.

В условиях капитализма с его частновладельческими интересами, крайним индивидуализмом, подходом к архитектуре прежде всего как к товару и узостью идейного содержания они не могли быть разрешены. Только Великая Октябрьская социалистическая революция сняла эти неразрешимые в тех условиях противоречия, вывела архитектуру из кризисной ситуации и положила начало принципиально новому этапу развития архитектуры— архитектуре социалистического общества.

В это время связи русской архитектуры с мировой были более значительными, чем ранее, что позволяет сделать определенные выводы как об общности русской архитектуры этого периода с архитектурой других стран, так и об ее особенностях и вкладе русских зодчих в становление «новой архитектуры».

Вместе с тем опыт исторического развития архитектуры России эпохи капитализма (непосредственно предшествующей советскому зодчеству) позволяет лучше понимать и критичнее относиться к архитектуре современных капиталистических стран, правильно оценивая ее сущность и реальные возможности развития в условиях, когда ростки новых общественных отношений, зарождающихся в капиталистическом обществе, отражаются в некоторых особенностях современной архитектуры.