С целью упорядочения застройки Праги и создания генерального плана города была учреждена специальная комиссия, которая провела несколько широких конкурсов на планировку и застройку отдельных частей города. Разработанные проектные предложения послужили основой для создания генерального плана Праги, законченного в 1938 г.

Наиболее удачными работами по развитию системы центральных ансамблей Праги были застройка Дейвиц и комплекса «Под Эмаузами». Первая из них (1922) была осуществлена по проекту проф. Антонина Энгла, который создал жесткую геометрическую композицию плотно застроенных монументальных блоков, группирующихся вокруг единого центра — просторной подковообразной площади, и расходящихся от нее лучевых магистралей. Архитектурный ансамбль «Под Эмаузами», включающий в себя площадь Палацкого, был осуществлен по проекту проф. Б. Гибшмана. Несмотря на сравнительно небольшие размеры, он имел принципиальное значение, определяя новый подход к сочетанию старой и современной архитектуры. Решая задачу объединения в едином ансамбле одного из выдающихся архитектурных памятников Праги — монастыря Эмаузы (на Слованех) —и новых административных зданий, Б. Гибшман решительно отказался от стилизации последних «под старину». Он расширил пространство площади, широко раскрыв ее в сторону реки, а в глубине симметрично разместил невысокие корпуса министерства. В разрыве между этими зданиями со спокойными и строгими очертаниями фасадов выступает стоящий на высокой террасе монастырь. Свободный взлет его основных объемов контрастирует с горизонтальными линиями новых зданий, заставляет остро чувствовать единство и со- подчиненность всех элементов ансамбля.

Большое практическое и теоретическое значение для развития чехословацкого градостроительства 1918—1945 гг. имела деятельность Йозефа Гочара в Градце Кралове. Йозеф Гочар рассматривал город с прилегающими к нему — окрестностями как единую взаимосвязанную систему. Особенно ценным в проекте планировки Градца Кралова была органическая связь между городскими ансамблями и рекой, которую редко удается осуществить в практике капиталистического градостроительства. По- своему важен и своеобразен созданный Бочаром комплекс школ в этом городе, воплотивший особенности нового подхода к организации пространства, взаимосвязи зеленых массивов и застройки (1926—1927).

Проблема сочетания древнего исторического центра с районами новой застройки, а также более широкая задача упорядочения строительства и объединения в целостную систему стихийно возникших разновременных и разнохарактерных частей города стояли также перед архитекторами при разработке генеральных планов Брно, Братиславы и других быстро растущих центров.

Несколько обособленно в практике чехословацкого градостроительства межвоенного периода стоит г. Злин (ныне Готвальдов). История Злина во многом характерна для городов Европы и Америки, хотя в самой Чехословакии нет другого такого же яркого примера воплощения капиталистических, предпринимательских тенденций. В течение пяти столетий этот небольшой город, расположенный в узкой долине Бескид, почти не развивался, зато с 1920 по 1940 г. в результате расширения обувных предприятий крупнейшего чехословацкого фабриканта Бати население здесь возросло с 4 до 44 тыс. человек. По существу, был выстроен новый город, в котором отразились градостроительные тенденции того времени: свободная, бесквартальная система застройки, сочетание многоэтажных и малоэтажных зданий, оригинальная композиция центра города, ориентированного на производство и состоящего из огромного административного корпуса, 14-этажного здания гостиницы (арх. В. Карфик), кинотеатра на 2300 мест (арх. Ф. Л. Гагура), универсальных магазинов и ряда других сооружений.

В работе над генеральным планом Элина в разное время принимали участие крупные архитекторы Ян Котера, , Ф. Гагура.

В застройке города главенствующую роль играют многоэтажный административный корпус и здание гостиницы, предназначавшейся для приезжающих в «империю Бати». Выделяется еще один комплекс — здания ремесленных школ, принадлежавших тому же фабриканту.

Характерно, что многие прогрессивные в своем существе градостроительные приемы в конкретных условиях Элина были направлены на реализацию далеко идущих планов Бати, разработавшего крайне реакционную теорию организации «идеального» промышленного частнопредпринимательского города. Батя полностью подчинил себе и безраздельно контролировал городское хозяйство, строительство и общественную жизнь Элина. Для рабочих фабрики строились типовые дома, плата за которые шла тому же фабриканту. Батя монополизировал всю торговлю и обслуживание населения Элина, что позволяло ему не только диктовать условия предоставления коммунальных услуг и увеличивало зависимость рабочих от предпринимателя, но и создавало для него дополнительный неиссякающий источник прибылей, так как все, что он платил своим рабочим, неизбежно возвращалось к нему.

Жилая часть города была достаточно безлико и аморфно застроена кубическими домиками на две семьи, которые шаблонно располагались на склонах холмов в шахматном порядке, создавая однообразный стереотип застройки.

В 20-е и 30-е годы в застройке городов Чехословакии большой интерес представляли районы вилл и малоэтажных зданий. Они располагались на территории более свободно, чем доходные дома, в планировочной системе, согласованной с рельефом местности и окружающей природой. К числу лучших примеров такой застройки можно отнести район Баба в Праге с индивидуальными домами, свободно вписанными в зеленые склоны крутого берега Влтавы (1928, проф П. Янак), и поселок из индивидуальных домов, рассчитанных на

несколько семей, построенный в Брно на Желтом холме в 1932—1935 гг. по проекту арх. И. Кумпошта.

Своеобразную планировку получил пражский комплекс малоэтажных домов Споржилов (1926). По существу, это был первый опыт строительства в Чехословакии крупного, задуманного как целостный ансамбль, массива типовых малоэтажных домов. Авторы (планировка — арх. И. Барек, проекты домов — архитекторы И. Бертл, К. Поливка, К. Брожек) сумели создать экономичную и рациональную систему застройки, свободно и живописно организовать ее вокруг общественных зеленых массивов.

Значительное по объему жилищное строительство, осуществлявшееся в Чехословакии в рассматриваемый период, в полной мере отражало классовое расслоение общества. Оно осуществлялось преимущественно различными группами и организациями, объединявшимися на капиталистических началах. Жилищным строительством занимались представители финансового капитала, различные кооперативные организации, городские власти, строившие главным образом «дома для бедных», наконец — индивидуальные застройщики. Наиболее интересным было кооперативное строительство, в котором принимали участие и различные рабочие организации (центральная рабочая страхкасса, отдельные профсоюзы и т. п.). Именно здесь и частично в муниципальном строительстве с особой силой проявились прогрессивные социальные и архитектурные идеи, пользовавшиеся поддержкой левых архитектурных организаций. Распространению этих идей способствовало общее обострение классовой борьбы, выдвижение рабочими организациями ряда экономических требований.

Прогрессивные архитекторы Чехословакии сосредоточили свое внимание «а проблеме создания экономичных малометражных квартир. По этой теме было проведено несколько конкурсов, ей посвящались обстоятельные научные и теоретические исследования, специальные книги (большое значение имела, например, книга Карела Тайге «Минимальная квартира»).