Его сотрудниками, «рассталась», не образуя связной последовательности затененных и открытых солнцу пространств, вне которой немыслим «живой» азиатский город. Культ обособленного архитектурного объема, характерный для европейского модернизма, Ле Корбюзье довел до абсурда в ансамбле Капитолия Чандигарха, где бетонные объемы правительственных зданий разбросаны по громадной раскаленной летом котловине Излюбленный -Корбю- грубый бетон в условиях Индии набухает сыростью, темнеет, расцвечивается плесенью. Тропическое солнце утрирует его текстуру.

Но при всей противоречивости того, что сделал Ле Корбюзье, его стремление создать средствами «современной архитектуры» естественное для образа жизни Индии, объединило первую в XX веке крупную самобытную школу архитекторов азиатско-африканского региона. Вошедшие в нее индийские архитекторы — Джит Пал Мальхотра, Ачут Л. Канвинде, Балкришна В. Доши, Чарльз Корреа и другие — не замкнулись на корбюзианстве. Ле Корбюзье был присущ взгляд извне на проблемы индийского общества, они переходили к решению задач архитектуры как бы изнутри самой жизни. По словам Ч. Корреа, это, однако, потребовало нелегкой перестройки психологии и методов творчества. Освобождению от магии художественной индивидуальности Корбю помогло влияние Луиса Кана с его стремлением к спокойной уравновешенности.

Исследование Каном композиции, основанной на группировке стандартных модульных единиц (проект общественной купальни в Трентоне, 1956), по-видимому. дало толчок для первой работы Чарльза Корреа (род. 1930), свидетельствующей о выходе на собственный путь. — мемориального музея Махатмы Ганди в Ахмедабаде (1956-1963). Здесь еще есть некое напряжение между импортированиями и местными источниками творческих поисков. Здание образовано как свободная группа модульных единиц (6×6 м), исходящих от традиционной элементарной формы -чатри- — навеса на четырех столбах. Они складываются в как бы случайный меандровый рисунок плана, лабиринт, в котором чередуются дворики, открытые модули с пирамидальной кровлей на кирпичных пилона* и модули с экспозицией, замкнутой стенами, — позитивные и негативные пространства. Масштаб и деталировка обдуманно скромны. Мемориал создан как метафора индийского селения, образ которого возникал в мыслях Ганди. Материал — черепица, кирпич, каменные плиты пола — не отличается от обычного. Нет остекленных окон — их заменили решетки. «Благородная бедность» служит метафорой исследования истины, предпринятого Ганди. Создавая произведение, органичное для художественной культуры шестидесятых, Корреа ис пользовал элементы традиционного языка и традиционные образы: «Здесь, в Азии, символом просвещения всегда было не монументальное здание школы, а гуру, сидящий под деревом»84.