Принцип децентрализации крупных городов, разрушения их компактной непрерывности. оказался особенно заманчивым для градостроителей Северной Европы, где дисперсные формы расселения традиционны. Здесь, однако, был найден путь его осуществления, отличавшийся от английского. Этот фин- смо-шеедский вариант впервые был предложен в неосуществленном проекте Большого Хальсингфорса. который в 1915-1918 гг. создал лидер финского мащюнального романтизма Элиел Сааринен совместно с архитектором Вертелом Юнгом, соединив несколько идей теории градостроительства начала XX века Они приняли принцип рассредоточенного развития, исходящий от Хауарда. но не его модель с ожерельем городов-спутников, расположенных ма значительном расстоянии от центрального городского образования. Сааринен предложил прямое перерастание периферии компактного города в линейные структуры, образованные полуавтономными районами, нанизанными на расходящиеся от центра радиальные дороги и связывающие их полукольца дорог Районы разделялись открытыми пространствами. Чередование естественной и искусственной среды должно было преодолеть изолированность человека от природы.

Модель исходит от конкретной природно-топографической ситуации столицы Финляндии Историческая часть последней расположена на характерном для шхерных берегов полуострове, а материковая территория севернее исторического ядра расчленена заболоченностями и скальными грядами, предопределяющими рассредоточенный характер периферийной структуры. Проект Большого Хельсингфорса был, кстати, самым ранним проектным предложением децентрализованно развивать европейскую столицу. Он основывался на романтическом осмыслении конкретной ситуации, но в Финляндии двадцатых воспринимался как отвлеченная идея; о попытках реализации в стране, только что прошедшей через гражданскую войну, не могло быть и речи. В теории градостроительства модель Сааринена была, однако, сохранена.

К ней обратились при создании планов развития крупных городов Скандинавии в конце сороковых годов (Стокгольм, Гётеборг, Осло, Копенгаген), вернулись к ней и финские архитекторы, разрабатывая схему генерального плана Хельсинки в 1951-1954 гг. На этой схеме полуавтономные районы крупнее, нем предлагал Сааринен, — с населением от 5 до 20 тыс. человек при плотности от 200 до 500 жителей на га. Радиальные дороги, исходящие от центра города, рассчитаны на интенсивное движение и отделены от застроенных территорий. Сааринен основывал свою концепцию на точных наблюдениях. Рассредоточенность периферийных районов Хельсинки надежно обеспечена природной ситуацией — водные протоки, заболоченные низины и скальные массивы создают естественную артикулированность территории. Взаимопроникновение городского и по-северному сурового природного ландшафта дополнило индивидуальный характер города.

Приемы застройки периферийной зоны определились не сразу. Ее первые комплексы созданы по интернациональным стандартам массового строительства тридцатых годов (Хартониеми, Пуотила, Маунула). Их структура фрагментарна, стандартные объемы механистично объединены в ряды или строчки. Но уже рассчитанный на 10 тыс. жителей комплекс Пихлаямяки (1959-1965), лежащий на пересеченном долиной скальном плато, имеет органично связанную с ландшафтом структуру с красиво организованными жилыми группами. В отличие от лондонских городов-сателлитов первого поколения, Пихлаямяки сочетает суровую живописность и вполне городской характер застройки. Ее образуют четырехэтажные пластины, охватывающие своими изломами укрытые от ветра дворы, и группы односекционных домов-башен.