Совмещение разнородных начал в своем методе он мотивировал -философией сосуществования», основанной на принципах буддизма: «Моя методология — попытка создать новые двусмысленные качества намеренным размещением противоречивых элементов в состоянии сосуществования»», возможность сочетания разнородного — положение, близкое к идеям постмодернизма Р. Вентури, — Курокава дополнил в полемике с методом рационального анализа функционалистов, отвергая как обязательную однозначность самого понятия функция», так и жесткое различение -внутреннего» и -внешнего». Практическим выводом было введение -промежуточных зон», пространств не внутренних и не внешних, но срединных, воспринимающих свойства тех и других Прообразом он видел галереи -энгава». окружавшие традиционные японские дома под большими свесами их кровель.

Развитием этой теории стала эстетика симбиоза, предполагающая симбиотическое сосуществование противоположностей — простоты и экстравагантности, тени и света, рационального и иррационального. Следуя идеям философов пост- структуралистов (Ж. Бодрийар. Ж. Делёз). полагающих, что в современном мире правят законы симуляции — как когда-то законы реальности. — Курокава считает, что основой поэтики архитектуры могут стать «симулякры». Он определяет их как знаки, которые предоставляют возможность различных интерпретаций. Их введение позволяет выстроить цепи противоречивых значений, которые будут поэтичны, — а поэзия выходит за пределы доступного семиотическому анализу, ибо она — бунт языка против точных законов67. Курокава, как, наверное, ни один другой архитектор, стремился транслировать философские рассуждения в творческую практику. Между серединой семидесятых и концом восьмидесятых его работы получали форму все более сложную и внутренне противоречивую.

Правление банка в Фукуока на о. Хонсю (1975) стало первым опытом утверждения промежуточного пространства как ключевой составляющей архитектурного образа. Верхний этаж 12-этажной постройки со стальным каркасом нависает над пространством, образованным Г-образным сочетанием корпусов. Внешний угол этого венчания поддерживает шахта вертикальных коммуникаций. Облицованные серым гранитом и образованные витражами громадные вертикальные плоскости приведены к жесткой простоте монументальной геометрии, в то время как открытая к улице, но отделенная от нее площадка «серой зоны» расчленена перепадами, элегантно сформированными местами для отдыха, бассейнами, деревьями, структурой мощения, подчеркивающими ее «человечный» масштаб.

Но результаты применения современных технологий и гигантизм целого подавляют ассоциации с традиционным. Слишком близка и аналогия с монументальным модернизмом здания Фонда Форда в Нью-Йорке (Кевин Роуч).

Иную трактовку идея «серой зоны» получила в двухэтажной городской вилле в Токио, названной «Клуб Сёто» (1980). Квадрат ее плана на одном из углов срезан и раздроблен сложным сочетанием креповок и округлых выступов; сюда обращен вход. Образовавшееся перед ним пространство охвачено бетонной решеткой, выделяющей переходное звено между интерьером и улицей. Эта прозрачная стена разорвана, одна из ее сторон скошена, открывая доступ в «серую зону».

Подобную тему Курокава разрабатывал в зданиях музеев (в годы «музейного бума», наступившего в Японии восьмидесятых, он получил на них несколько заказов). В 1982 г. им построено здание Музея современного искусства префектуры Сайтама в парке города Урава. Здесь, как и в «Клубе Сбто», угол прямоугольного плана срезан по волнистой кривой. Ее очертанию следует стеклянная стена, за которой на первом этаже расположен вестибюль. Крупная бетонная решетка выделяет пространство перед ним, как бы продолжая интерьер вовне. Природа и здание функционально и зрительно перетекают друг в друга, «серое пространство» промежуточной зоны эмоционально смягчает переход от внешнего пространства к внутреннему. Экспозиционные залы расположены в трех уровнях, объединенных восьмигранным холлом, пронизывающим здание. «Каскад» главной лестницы намечает сильную пространственную ось, но роль ее намеренно снижена тем, что ее площадки имеют боковые выходы, а ось холла с ней не совпадает. Организация плана не навязывает однозначно маршрут и направление движения, но складывается с естественной непринужденностью.