Секторы заселялись социально однородными группами. От их положения в общественной иерархии зависели тип застройки и плотность населения — численность его колеблется от 5 до 25 тыс. жителей. Близ Капитолия два сектора отведены для вилл элиты (министры, судьи, священнослужители). Для служащих невысокого ранга и рабочих предназначены секторы с одно- и двухэтажными сблокированными домами, имеющими простейшую планировку и благоустройство. П. Жаннерре, Дж. Дрю и индийский архитектор Дж. Мальхотра разрабатывали типы дешевых жилищ и планировку застроенных ими секторов, стремясь смягчить однообразие и монотонность.

Но в целом массив города с его разреженной плоской малоэтажной застройкой, неоправданно широкими улицами и плохо приживающимся озеленением показал, что жизнеустроительные претензии архитекторов не принесли ожидавшихся результатов. Идеальная модель города, основанная на принципах •Афинской хартии-, не подтвердила претензий на ее универсальность. К реалиям жизни Индии она приспособлена с потерями, практически лишающими ее смысла. Природа и местные традиции Пенджаба оказались несовместимы со стереотипами западного модернизма.

Сам «Корбю», завершив генеральный план, работал только над ансамблем Капитолия. Его ансамбль, отделенный от города, сформирован как сумма обособленно пребывающих в пространстве самодостаточных объектов (о них — в главе, завершающей I том). Их крупные пластичные массы и системы интерьеров принадлежат к самым впечатляющим символическим структурам в архитектуре XX века. Отличие монументального комплекса Капитолия от мелкомасштабной стандартизированной ткани города очень резкое, создается эффект двух различных архитектурных организмов. Группе величавых монументов, поднимающихся на призрачном фоне далекой горной цепи, противостоит плоское, разбросанное и прозаичное поселение (как в древнем Египте с группой величавых пирамид соседствовал поселок их строителей со скоплением глинобитных жилищ). Символическую функцию несут только монументы Капитолия. В их многозначные формы Ле Корбюзье заложил порожденные его утопической мыслью мифологемы, в которых общечеловеческое смешано с причудливо индивидуальными представлениями о судьбах и образе новой Индии.

Второй новый город-утопия пятидесятых — столица Бразилии, город Бразилиа, который, как результат соединения политической воли и спонтанного энтузиазма. возник на высоком (1300 м над уровнем моря) безлюдном плато Планалто в пустынном центре страны. Перенос столицы из Рио-де-Жанейро, комфортно расположенного на берегу океана, должен был, наконец, создать фокальную точку сети внутренних коммуникаций, чтобы активизировать освоение и заселение центральных земель. Мысль о создании этого города возникла еще в конце XVIII в. В 1890-е гг. начались поиски подходящего места. Ставший в 1956 г. президентом Жуселину Кубичен ди Оливейра объявил конкурс на проект генерального плана. Почти все представленные проекты основывались на принципе функционального зонирования.

Победителем стал Лусиу Коста (1957). Один из пионеров рационалистической архитектуры в Бразилии, он вышел за пределы ее догм, заявив идею: -Бразилиа — прежде всего город-монумент». Учитывая историческую ситуацию и темперамент бразильцев, он утверждал в записке к проекту: город должен быть результатом региональной ллвныооаки но ее причиной’ его основание стащат истомой точном развит** региона Ои — обдуманный акт завоевания, meet Пионере*, действующих • духе традиций колонизации»*, Описывая рождение едем. П кост* песеп: -СЧш выведена из первоначального жеста, который еде* МИ каждый, о ыечая единое место или заявляя претензию обладать им. знак дву» осей, переселяющихся под прямым углом, знак креста. Этот знак прйспо* — соботы затемятопографии. — одна из осей изогнута. Фигура заключена е ренюсторотмй треугольник очерчивающий урбанизированную зону. Основа ясна и план net *0 было выполнить два оси. две широкие магистрали, идущие а ОФСМ направлении, и супермагистраль идущая в другом»9.

6 проекте Кч*та противопоставлены жилая зона, полоса которой проложена ^ •роль ос* ceeep-юг плавно изогнутой по рельефу, и монументальная прави- твпьстееинав эспланада а традиции Школы изящных искусств, обрамленная .1 двумя магистралями С западной стороны эта ось завершила площадь муни- кв*патымого управления, с восточной — символический треугольник площади г Тре* властей со зданиями правительственного центра Сложился -план-самолет- напоминающий проекцию реактивного авиалайнера, упруго отогнутые -«юыпья- которого расчленены на одинаковые квадратные кварталы, лежащее по сторонам автострады В их пределах пластины стандартных жилых Яфпуоо* располагаются свободно, но все они имеют единую высоту — 6 этажей — и подняты на пилоны, что делает квартальные пространства визуально проницаемыми и проветриваемыми. Над жилой зоной господствует деловитая динамичность автомагистралей

Эспланада обрамлена торцами унифицированных зданий министерств, параллелепипед которых параллельными строчками выстроены по ее сторонам.

Ее перспектива направляет внимание на здание парламента и простирающуюся за ним площадь Трех властей, здания которой, построенные О. Нимейером, наделены наиболее яркой индивидуальной характеристикой (о них — в последней главе I тома)

Основные структуры генерального плана Бразилиа напоминают ранние урбанистические фантазии Пе Корбюзье И не только своей пуристической геометрией № рядам.’ пилонов, на которых подняты призматические объемы. В них воплощена та -е мечта о совершенстве, создаваемом -однажды и навсегда».

О раннем Корбю- напоминает и сочетание практичности функционализма с формально-регулярными приемами, идущими от академической «Школы изящных искусств-. Но Бразилиа принципиально отлична от Чандигарха своим твои В Чандигархе монументальные символы отделены от житейской повседневности В Бразилиа -план Коста установил очертания контролируемого окружение, в котором город осознается как единое унифицированное произведение искусства», в котором доминирует монументальный сектор10.