В 1983-1984 гг. для ярмарки во Франкфурте-на-Майне Унгере создал административный корпус «Дом-ворота» как вертикальный акцент, помогающий ориентироваться в пространстве. Функционально единый объем имитирует комбинацию трех составляющих — основания, поднимающегося над ним гигантского здания-портала, облицованного цветной плиткой, и стеклянной призмы, которая заполняет его проем и пробивает его завершение, поднимаясь еще на 8 этажей. Триумфальная арка с закрытым просветом — иронически двусмысленный парадокс, характерный для постмодернизма. Элементы здания подчинены модульной сетке, но целое противоречит логике типа и тектонике. Здание, однако, впечатляет. Оно приводилось в восьмидесятые годы как пример рационалистической «новой ясности» в германской архитектуре и стало символом Франкфурта — города ярмарок.

К сторонникам неорационализма в Германии принадлежит Йозеф Пауль Кляй- хюс (род. 1933). Начавший с увлечения необрутализмом и структурализмом, с конца шестидесятых он принял идеи итальянских неорационалистов, осуществляя их с жесткой прямотой. Линейные структуры, строго подчиненные модульным сеткам, определили основу таких его построек, как госпиталь в Бер- лин-Нойкбльн (1968-1978) и мастерские службы очистки Берлина в Берлин-Темпельхоф (1970-1983).

Но для здания Музея доисторического времени и древней истории во Франкфурте-на-Майне, построенного в историческом центре города (1981-1989), оказалась необходима более гибкая концепция. Оно восстанавливает историческую структуру городской ткани, располагаясь параллельно главному объему готической зальной постройки и захватывая своим объемом выходящую к улице часть ее сильно выступающего притвора. Щипцовый фасад последнего асимметрично расчленил уличный фасад музея, войдя в его плоскость. Этот фасад, имеющий скупые проемы только на верхних этажах, замкнул интерьерное пространство, в то время как в сторону щелеобразного двора перед готическим фасадом интерьер раскрыт через стеклянное ограждение. Бетонная стена облицована чередующимися полосами красной и желтой керамической плитки, которая крепится к бетону на металлических болтах, — современная конструкция, рождающая визуальные ассоциации со средневековыми постройками. Линейная структура нового корпуса получила дополнения, пластически усложняющие лапидарный объем. Жесткость приемов неорационализма преодолена в достижении цели, которую поставил Кляйхюс, — развернуть активный диалог между историческим и современным.

Работа над франкфуртским музеем освободила Кляйхюса от веры в плодотворность жестко ортодоксального неорационализма. Он называл себя «поэтичным рационалистом». Это позволило ему с необходимой широтой подойти к проблемам организации Международной строительной выставки в Берлине, директором которой он стал.

В США концепции неорационализма не имели отклика. Рассудочно абстрагирующий подход к классической традиции не распространялся здесь далее геометрического обобщения и реализации средствами современной технологии конкретных хрестоматийных моделей. Характерны работы Кевина Роуча, который использовал для подобных обобщений и их пропорциони- рования компьютер.

Со времени работы над зданием штаб-квартиры фонда Форда в Нью-Йорке Роуча интересовал тип здания для корпорации, в котором ему виделась необходимость создать атмосферу общности. «Меня очень интересует идея штаб- квартиры корпорации как дома… Смысл ее в том, что группа людей, работающих вместе, становится семьей»37. В 1977-1983 гг. он построил здание штаб-квартиры «Сентрал фудс корпорейшн» в Рай, штат Нью-Йорк, используя классическую модель, в которой увидел выражение «характера» дома, — пал- ладианскую виллу с центральной ротондой и симметричными крыльями. Формы ее приведены к геометризированной схеме. Все внешние поверхности здания облицованы алюминием с виниловым покрытием, ротонда подсечена въездом в гараж, занимающий цоколь, для боковых сторон крыльев использованы ленточные окна. Карнизы, как и менее существенные детали прообраза, устранены обобщением.

Неорационализм как альтернатива постмодернистскому классицизму привлекал своей дисциплинированностью, определенностью принципиальных положений, которые существовали вне субъективных предпочтений. Вместе в тем, наиболее впечатляющие произведения этого направления возникали за пределами ортодоксального применения свода рассудочно установленных правил. Вопреки ан- тиутопическим установкам постмодернистской культуры, неорационализм унаследовал редуцированные, смазанные черты эстетической утопии (и не случайно возникали ассоциации между его структурами и еще сохранявшимися в восьмидесятые годы социальными утопиями).