При всей нечеткости границ хай-тека (как, впрочем, и других направлений архитектуры восьмидесятых), в нем наиболее ощутима связь с британской традицией. Но свою инженерную традицию создала и Франция — она закреплена не только в -Дворцах машин- Всемирных парижских выставок конца прошлого века и сооружениях Гюстава Эйфеля, но и в деятельности Жана Пруве (1901-1984), конструктора и организатора строительства, энтузиасте-идеи полного превращения строительного дела в сферу индустриального производства. Самое определенное выражение его концепции — здание Народного дома в Клиши, пригороде Парижа, построенное по заказу социалистической мэрии (1937-1939, совм. с архитекторами Эженом Бодуэном и Марселем Лодсом), один из первых примеров архитектуры, ориентированной на технологию! здание со сборными стальными конструкциями и большими поверхностями стекла в металлических панелях. Пруве говорил о необходимости более точных и более гибких строительных изделий, которые можно не только собирать, но и демонтировать. Он доказывал, что современный архитектор должен отбросить традиционную практику, мало изменившуюся со времен Ренессанса, объединиться со строителями и работать всем вместе с промышленностью, на всех стадиях процесса, отбросив индивидуал истинность.

Национальная инженерная традиция и пример Пруве определили особенности творчества французских архитекторов, близких к хай-теку. Самым значительным среди них стал Жан Нувель (род. 1945). В 1981-1987 гг. он создал одну из наиболее удивительных обитаемых машин стиля хай-тек, где совместились в сложной смеси утонченные (и в то же время ироничные) намеки на историческую традицию с авангардной технологией, — Институт Арабского мира в Париже. Институт этот — место культурной коммуникации и информационный центр; в него входят музей, библиотека арабских рукописей, аудиториум на 350 мест и конференц-залы.

Участок граничит с супермагистралью, в которую превратилась набережная левого берега Сены, к тому же меняющая здесь свое направление. Отвечая ситуации, Нувель расщепил массу здания глубоким разломом, выделив различные по характеру части. Обращенная к набережной имеет в плане очертания ножа с изгибом «лезвия» в сторону магистрали. Фасад ее скрыт холодно-равномерной серо-стальной горизонтальной решеткой жалюзи, скрывшей членения объема, — здание изолируется от автомобильных потоков. За «острием» этого корпуса открывается узкий и тесный разрыв — подобие затененной восточной улочки; проскользнув под остекленным переходом, он вводит в квадратный дворик с облицованными камнем стенами. Рельефы на них — отсылка к образам Арабского Востока. Дворик — сердцевина здания, связывающая с пластиной, обращенной к тихому пространству сада.

Металлические текстуры интерьеров выходят к прототипам Жана Пруве, его Народному дому Клиши, с легкими панелями промышленного изготовления, тонко и точно деталированными. Обращенная на южную сторону и к саду стена корпуса-пластины собрана из 240 орнаментальных алюминиевых квадратных панелей, обобщенный мотив традиционной деревянной решетки «мушраб- бия». Остекленные отверстия этих решеток имеют титановые лепестковые находится в движении, отверстия раскрываются или закрываются. Аллюзии щ| традиционное связаны с работающими устройствами высоких технологий- что сделало квадратный метр площади здания одним из самых дорогих в архи- тектуре века.

Почти в одно время с Институтом Арабского мира Нувель построил в Ниме, на юге Франции, по заказу мэра-социалиста, шестиэтажный жилой комплекс Немозюс (1985-1987). Дома его стали, напротив, одним из самых дешевых вариантов муниципального жилья, благодаря эффективному использованию сборных элементов из бетона, алюминия и пластика. Наружные стороны панелей стан, балконные ограждения, солнцезащитный навес над фасадом, лестницы выполнены из алюминия — воплощение образа фуллеровского «Даймекшн-хау- са». При максимальной стандартизации элементов и строгой модульной координации, дома имеют разнообразный набор жилищ и метафоричность образа. Нувель предложил более прагматичную, чем у Ле Корбюзье, но выраженную с почти пародийным преувеличенным нажимом версию метафоры «дом — машина для жилья-. Материалом для нее, как и у «Корбю», служат аналогии с не- I ким судном — в данном случае, многопалубным. Конкретизируют аналогию ок- I ругленные торцы с вертикальной лентой окон, разрезающей ярусы балконов-палуб, и серо-голубая цветовая гамма.