Тема реставрации дворцовых церквей Кремля широка и многогранна. Дворцам, храмам и монастырям Москвы посвящено множество исследований, но большинство из них (за исключением работ протоиерея Благовещенского собора Н.Д. Извекова) носит общий характер1. Однако хранящиеся в РГАДА и в архиве Музея-заповедника “Московский Кремль” источники позволяют осветить одну из недостаточно изученных ее сторон — ход восстановительных и реставрационных работ в Верхоспасском соборе с придельным храмом Иоанна Предтечи и приписных церквях Святой Екатерины, Воскресения Словущего, Распятия (Воздвижения Креста), Рождества Богородицы и Святого Лазаря в 1812 — 1850-х гг.

За рассматриваемый период в истории реставрации этих дворцовых храмов выделяются два этапа. Первый начался сразу после изгнания войск Наполеона из Москвы и продолжался до начала 1820-х гг. Основной его задачей было устранение разрушений, причиненных храмам неприятелем, и возобновление православных служб. Описанию ущерба, нанесенного французами Московскому Кремлю, посвящено немало горьких страниц. По словам И.М. Снегирева, Кремль “представлял позорище военного стана или притона, где из больших образов делались биваки, и где они служили вместо дров и постелей, церковные утвари вместо обыкновенной посуды, а ризы употреблялись на одежды…”2 Церковь Спаса на Бору использовалась под конюшню и склад награбленного; в церкви Воскресения Словущего были повреждены крест, кровля и иконостас, часть утвари и икон разграблены; “в Верхоспасском соборе было произведено врагом разграбление и осквернение того, что не могло быть увезено в Вологду. Царские врата были сожжены, ризы с икон содраны… После изгнания французов в соборе на престоле были обнаружены кости и крошки хлеба, на полу и окнах валялись пустые бутылки, а в трапезе стояли кровати”3.

Возвратившийся в 1813 г. из Вологды протоиерей Иоанн Алексеев, принимая Верхоспасский собор, заметил, что он не имеет “ни вида, ни доброты”. Для восстановления храма была составлена смета, в которой, в частности, предусматривалось исправление киота, изготовление пяти венцов к иконам, исправление стенописи, заделка трещин, устройство новых оконных рам, починка кровли, выстилка полов и т. д. Все эти работы были выполнены на деньги (3 754 руб.) от продажи серебряного лома весом 1 пуд 14 фунтов 45 золотников4.

В 1817 г. было дано распоряжение об исправлении разграбленной французами и находившейся “в крайне обветшавшем состоянии” церкви Рождества “штукатуркой, окраскою и перестилкою полов”.

Остро стояла для дворцовых церквей и проблема с утварью, так и не решенная в 1813 — 1820-е гг. В 1813 — 1816 гг. были составлены описи церковного имущества, а в 1818 г. церкви Рождества Богородицы, Распятия, Воскресения Словущего, Иоанна Предтечи и Святой Екатерины были приписаны к Верхоспасскому собору и стали иметь с ним общий штат священнослужителей5.

Следующий этап реставрации дворцовых церквей относится к началу 1830-х гг., когда воцарение нового монарха ознаменовалось ростом интереса к памятникам истории и искусства. Пробужденное победой в Отечественной войне 1812 года чувство национального самосознания и патриотизма развивалось и крепло. Создавались новые музеи, велась работа по выявлению древних документов и памятников прикладного искусства, полным ходом шли реставрационно-восстановительные работы6. Особое внимание Николая I привлекал Московский Кремль, впрочем весьма своевременно — состояние дворца настоятельно требовало ремонта. В помещениях сыпалась штукатурка, на потолках и стенах были трещины, нуждались в замене оконные рамы, двери и полы. К примеру, в двух комнатах, отведенных художнику Ф.Г. Солнцеву на втором этаже Кавалерийского корпуса для “археологических художественных его трудов”, заново оштукатурили стены, выкрасили дверь и установили печь7.

Важным моментом для начала реставрационных работ 1830 — 1840-х гг. явилось утверждение сметы на ремонт придворных храмов на сумму 77 046 руб. Эта история довольно интересна и свидетельствует о том, как решались проблемы финансирования в XIX столетии. 22 июля 1835 г. министр императорского двора П.М. Волконский советовал вице-президенту Московской дворцовой конторы А. Урусову подать императору докладную записку с приложением сметы, “когда его величество изволит быть в Москве и увидит оные церкви”. А. Урусов воспользовался советом, и 28 октября 1835 г. на его докладной записке императорской рукой было написано: “В будущем году исправить, что отмечено”8.

В 1836 г. заключались договоры с подрядчиками и мастерами. Московский купец 3-й гильдии Андреян Кузьмич Малахов взялся за живописную и иконостасную работу в Распятской церкви, Верхоспасском соборе и храме Иоанна Предтечи за 2 604 руб. ассигнациями. В Верхоспасском соборе ему предстояло “раскрасить живопись сообразно… имеющимся в нижнем ярусе иконам”, на западной стене — “написать вместо четырех картин одну, какую укажут, масляными красками”; кроме того, поновить 40 икон для этого храма; для церквей Распятия 50 икон и Иоанна Предтечи 31 икону исполнить “живописной и искусною работою”9. Купеческий сын Игнатий Сазиков взялся в два месяца вызолотить в Верхоспасском соборе серебряные ризы для иконостаса за 525 руб. ассигнациями. Купец 3-й гильдии Семен Максимов по договору от 4 июля 1836 г. исправил резьбу с позолотой и серебрением в иконостасах Верхоспасского собора, а также церквей Распятской и Предтеченской за 9 770 руб. Иван Матвеевич Лавров получил за серебрение окладов, риз и серебряных одежд на престол 250 руб. ассигнациями.

Значительные работы в Верхоспасском соборе проводились и в 1838 — 1840 гг. В связи со строительством Большого Кремлевского дворца храм стал связующим звеном между новым дворцом и теремами. На месте Боярской площадки разместили Владимирский зал, были сооружены новые арочные проемы, исчезли крыльцо и южная галерея. В 1839 г. над трапезной собора была разобрана крыша. Вместо нее сделали по своду “хоры с приличною решеткой”, а над собором устроили железные стропила и потолок из железных балок. Лестница в Теремной дворец была перемещена в чугунный коридор. По внутренним стенам образовавшейся в результате работ площадки устроили фризы из цветных изразцов. Каменные работы в храме выполнял подрядчик Федор Челноков. В 1840 г. в соборе была устроена духовая печь. В 1841 г. из-за ремонта богослужение из Верхоспасского собора было перенесено в Рождественскую церковь. В 1846 г. работы продолжились — были сделаны дубовые полы, подоконные мраморные доски, в иконостасе исправлены резные украшения и позолота. В 1856 г. были устроены новые дверные переходы в том месте, где прежде стояла печь11.