Ратуша в Аскере — одно из наиболее ярких проявлений норвежской версии брутализма, более естественной, чем ее английские прообразы. Брутализм плодотворен для Норвегии тем, что пробуждает интерес к единству городской среды, разрушает традиционное для этой страны предубеждение против ее компактности..

Естественность связи с природным ландшафтом, открывающимся к фиорду, определяет первое впечатление от музея в Ховикоддене (12 км от Осло), построенного в 1964—1968 гг. по проекту архитекторов И. Эйквара и С. Е. Энгебретсена. Поиски формы, пластическое богатство которой отвечает живописности ландшафта, привели здесь к очень сложной объемнопространственной структуре, где массивные бетонные блоки неправильного очертания лучеобразно расходятся от центрального холла. Бруталистская концепция получила здесь романтико-экспрессионистическую трактовку, напоминающую произведения финна Р. Пиетиля.

Попытки закономерной организации градостроительства в широких масштабах и внесения коррективов в сложившуюся структуру городов в Норвегии не имели существенных результатов. Застройка городов беспорядочно расползалась, для новых сооружений использовались случайные участки. Относительные успехи были достигнуты лишь в регулировании развития Осло и Бергена.

Для Осло в 1948—1950 гг. был составлен новый генеральный план. Численность населения в пределах тяготеющей к нему агломерации предполагалось довести до 700 тыс. человек. Была предусмотрена децентрализованная система развития города за счет создания новых районов на периферии, отделенных один от другого и от существующего массива застройки зелеными зонами. В этой внешней зоне были размещены основные объемы послевоенного строительства. Система полуавтономных массивов лишена, однако, той четкости, которую она получила в Стокгольме и Хельсинки.

Одним из автономных городских районов южной группы (по плану в ней предполагалось создать пять районов с общим населением около 90 тыс. человек) является. Ламбертсетер (1950—1960), застроенный по проекту архитекторов Ф. Риннана (р. 1905) и Ф. Тветена (р. 1907). Численность населения района, расположенного на поросшем лесом горном плато в 8,5 км от центра Осло, составляет по проекту 17 тыс. человек. Магистрали транзитного значения обтекают территорию, расчлененную на микрорайоны с населением 1,5—2 тыс. семей. Смешанная застройка их сгруппирована вокруг защищенных от ветра пространств. Эти «островки» разделены зонами отдыха со включенными в них детскими учреждениями и магазинами. Все они тяготеют к общественно-торговому центру, общему для района. Такие центры окружены сравнительно плотной жилой застройкой. Зависимость периферийных комплексов от общегородских зон приложения труда требует обеспечения скоростного транспорта по радиальным автомагистралям и линиям электрифицированных железных дорог.

В 1960 г. был утвержден и новый план реконструкции центра Осло.

Генеральный план Осло не внес принципиально новых идей в развитие градостроительства. Не была поставлена задача устранить существенные недостатки структуры города — изоляцию от моря и отсутствие органической связи центрального ядра с периферией. Но осуществление и этого плана натолкнулось на трудности, связанные с частной собственностью на земельные участки и плотной застройкой старого центра. Реально проводимые мероприятия являются компромиссом между намеченными решениями и стихийно сложившейся ситуацией.

Жилищная политика правительства Норвегии тесно координируется с пропагандой социал-реформизма. Государственные субсидии на’ строительство жилищ были важным политическим аргументом социал- реформистской норвежской рабочей партии, стоявшей у власти до 1965 г., и в то же время служили гарантией прибылей для кругов буржуазии, связанных со строительством.

Доля многоквартирных домов в норвежском строительстве ниже, чем в других странах Северной Европы (с 36% в начале 50-х годов она снизилась до 19,5% в 1965 г., а в 1968 г. составляла 32%). Это связано со специфическим «полусельским» характером норвежских городов, где большая часть населения стремится сохранить хотя бы маленькие участки при жилищах. По-прежнему значительная часть домов выполняется из дерева (64,6% всех жилищ в 1968 г.), как основной тип деревянной конструкции утвердился обшитый с двух сторон деревянный каркас. Климат определяет такие особенности жилищ, как устройство навесов и холодных сеней перед входами, большие свесы наклонных кровель. Для увеличения линейной плотности застройки часто используются двухэтажные двухквартирные дома с независимым выходом из каждого жилища на участок, причем квартиры обычно располагаются в двух уровнях. Более других, однако, распространены в городской застройке двухэтажные деревянные дома с поэтажным расположением 4—12 квартир. Дома имеют простые объемы, выполняются с широким применением индустриальных элементов, но их внешний облик с характерными высокими щипцовыми кровлями и обшивкой вертикальными нестроганными досками почти повторяет характер городских построек прошлого века.

Попытка примирить традиционное стремление к изолированным жилищам с необходимостью повысить плотность застройки была сделана при строительстве жилого комплекса Уллерн на крутом склоне западнее Осло (1963, архитекторы Анне-Тинне и Мугенс Фрис). Здесь 54 сблокированных дома крутыми каскадами спускаются от подъездных дорог. Подходы к ним обеспечены уложенными по склону лестницами, оборудованными электрообогрева- тельными установками.

Для застройки новых районов Осло господствующим типом стал четырехэтажный секционный дом с глубиной корпуса 9—11 м и двухквартирными секциями. Конструктивная схема основывается обычно на сочетании поперечных несущих бетонных стен и наружных ограждений из облегченной кирпичной кладки с утеплителем или деревянных панелей заводского изготовления. Эркеры и укрытые от ветра балконы придают зданиям известную пластичность.