В общем русле развития европейской архитектуры межвоенного периода Румынии носила несколько второстепенный, провинциальный характер. Слабость экономической и технической базы обусловила запоздалое по сравнению с передовыми европейскими странами внедрение в строительную практику передовых методов, новых конструкций и материалов, а распространение функционализма уживалось с архаическими архитектурными направлениями.

Стремление румынской буржуазии к утверждению национального престижа страны после окончания первой мировой войны и присоединения захваченных областей, принадлежавших ранее другим странам, стимулировало развитие «неорумынского» стиля как официального, господствующего в архитектуре тех лет. Активным проводником направления, возникшего еще в начале века, явилась бухарестская архитектурная школа. Архитекторы А. Антонеску, П. Траженеску, П. Смерендеску, П. Черкез и др., работавшие в послевоенный период, старались возродить традиции искусства Мунтении, Молдовы и других очагов национальной культуры страны.

В числе лучших построек «неорумынского направления»— виллы, построенные в 20-х годах арх. П. Смерендеску, отличающиеся простотой и ясностью организации плана и объема, а также комплекс малоэтажных зданий с экономичными квартирами в Бухаресте (арх. П. Траженеску), двухквартирные домики которого предназначались для чиновников государственных учреждений. Фасады их были выполнены в традициях народного жилища.

Однако, если в виллах крупной буржуазии и небольших жилых домах применение национальных форм сочеталось иногда с возрождением традиционных приемов планировки румынского жилища, то в многоэтажных зданиях повторение форм и деталей исторической архитектуры приводило к искажению масштаба, нарушению тектоники, перегрузке декоративными элементами, к утрате художественной цельности и единства.

Типичный пример многоэтажного жилого дома в «неорумынском стиле» — доходный дом в Бухаресте (архитекторы Л. Кулина и Л. Силион, начало 30-х годов). Большие квартиры с анфиладами парадных комнат для господ и полутемными помещениями для прислуги отвечали требованиям заказчика — средней буржуазии. Фасады здания неумеренно орнаментированы деталями «национальной» и «византийской» архитектуры.

С 30-х годов оживляется градостроительная деятельность. В составленном к 1935 г. плане развития Бухареста уделяется большое внимание формальным задачам создания грандиозных и помпезных ансамблей. Однако практические мероприятия по этому плану не получили осуществления, за исключением работ по реконструкции нескольких улиц и площадей.

Строительство и реконструкция других городов страны шли неравномерно: города Трансильвании развивались сравнительно быстро (Брашов, Орадя), а города Мунтении и Молдовы, даже город Плоешти — центр нефтяной промышленности, не получили развития.

В 30-х годах развитие румынской архитектуры постепенно меняет основную направленность. Усиливаются поиски рациональных планировочных и конструктивных решений, создаются предпосылки для восприятия идей функционализма. Процесс распространения их проходил в стране параллельно с развитием строительной техники и внедрением железобетонных каркасных конструкций. В числе ведущих румынских зодчих, работавших в этом направлении,— архитекторы X. Крянге, Д. Марку и X. Майку.

Идеи функционализма в строительстве доходных домов отражаются и на характере их планировки. Общая конфигурация плана и планировка квартир многоэтажного дома на бульваре Н. Бэлческу в Бухаресте (арх. X. Крянге) отличается четкостью и простотой. Главный фасад здания образует огромный многоэтажный эркер с ленточными окнами, имеющий вид висящего в воздухе экрана.

Важную роль в строительстве крупнейших общественных зданий этого времени играет арх. Д. Марку, автор ряда административных, общественных и учебных сооружений. Крупнейшее административное здание, построенное им при участии арх. П. Миклеску и Ш. Кэлугеряну, — Министерство транспорта на ул. Северного вокзала в Бухаресте, представляющее собой в плане замкнутое каре из четырех корпусов. Симметричный план здания строг и ясен. Большие залы размещены по внешнему периметру здания и хорошо освещены. Сетка каркаса здания отображена в четком ритме вертикальных членений, охватывающих фасады.

Наиболее последовательное отражение принципы функционализма получили в здании Военной академии в Бухаресте (арх. Д. Марку, 1937—1939), которое отличается симметричным планом, подчиненным соображениям рациональной организации учебных процессов, и отражающей функциональную структуру компоновкой объемов, а также в здании стадиона Анеф в Бухаресте (арх. X. Крянге и инж. М. Георгиу).

Объем промышленного строительства — ничтожный в первом межвоенном десятилетии— довольно значительно возрос после окончания экономического кризиса 30-х годов. Строительство новых крупных заводов металлургической промышленности, крупных цехов с большепролетными покрытиями стимулировало развитие строительной техники и внедрение в промышленное строительство ее новейших достижений и создало предпосылки для распространения в этой области идей функционализма.

Среди промышленных сооружений интересными техническими и художественными решениями выделяются цехи промышленного комплекса бывш. «Малакса» (ныне «Республика», архитекторы X. Крянге, Л. Адлер, Р. Борденаки, инж. Карчиноки, 1935—1938) и ангары в Зилиштя, составленные из эллиптических железобетонных арок сорокаметрового пролета и отличающиеся как рациональностью конструктивной системы, так и выразительностью облика.

Однако в строительстве жилых и общественных зданий приемы функционализма часто использовались лишь как формальные, декоративные, художественные средства. Примером может служить вилла в Констанце (арх. X. Майку). Порой функциональный подход под влиянием спекулятивных целей строительства подменялся узким утилитаризмом. Тем не менее рационалистическое направление сыграло положительную роль в развитии румынской архитектуры. Став господствующим направлением 30-х годов, функционализм в Румынии сосуществовал и в этот период с архитектурными направлениями, связанными с использованием традиционных старорумынских архитектурных форм и псевдоисторических стилей.

Процесс фашизации и милитаризации Румынии, превративший ее в сателлита фашистской Германии, усиление реакции сопровождались повышением требований к монументальности и помпезности архитектуры. Поэтому в начале 40-х годов распространение получает направление, идущее по пути модернизации традиционных классических схем и развития эклектических тенденций, что и приводит к отказу от принципов функционализма.