Элементарным геометрическим жестом отметил северный вьезд в столицу Испании американский архитектор Джон Бёрджи, сотрудник Филипа Джонсона. По сторонам широкой магистрали Пасео де Кастельяна он поставил две 24-этажных башни с офисами, наклонив их призмы навстречу одна другой на 15° от вертикали (1996). Диагонали жесткости на фоне стен из темного стекла подчеркивают необычность геометрии зданий. Во встречной дина-самоценная реализация устремленности к ясным, простым мщод лроявилась в девяностые годы, соседствовал с тенденция- «,ршш национальную культурную традицию. В Мексике продолжи- ттрввпшле, измененное работами Пуиса Баррагана (о них написано втдедней главе первого томау в которых он искал равновесия между при- щкш w нскуссгвенньм, обобщав и абстрагируя символы национальной куль- вневременного, приведенного к элементарной простоте, продол- ш\ е^с соотечественник Рикардо Пегоретта. Барраган был поэт и мистик,

Гкшве занимавшийся проблемами поэтической образности, чем функциональней аспектами постройки; он не причислял себя к традиционалистам, настаивая на современной архитектуре, имеющей не меньшую силу выразительности, чей вещество доколумбовой Мексики и современный вернакулар. Легоретта Ъадхее прагматичен и более конкретно связывает свои замыслы с традициями чуспонинми места.

Вто метод определился уже в здании фабрики Рено в Гомес Паласио, Дуранго, Мвшлха VTBB5V Протяженное и невысокое, оно расположено на краю пустыни перед яесчаными дюнами. Отношение архитектора к месту определило характер архитектуры. Он писал-. «Пустыня — волшебство… она просто поглощает яас…Ннехочу смягчать эмоции — вместо привычного благоустройства открытых зсн — замощение булыжником, вместо нежных цветов — густо красные поверхности. Мы не боремся с пустыней, мы дополняем ее»10. В этой ситуации массивная стена становится основой структуры и архитектурного языка. Ее видимая массивность связывается с ощущением безопасности, физическая — с высокой теплоемкостью: она обеспечивает защиту от солнца днем и отдает тепло в холодные ночи. Тема стены преобладает в архитектуре Легоретты — плоскость и ее перфорация, решительно выступающие обрамления проемов, сочетания с водой бассейнов.

Мощные бетонные монолиты преобладают в облике Столичного собора Манагуа, Никарагуа (1993). Они заменили постройку, разрушенную до основания мощным землетрясением. Стены здесь — символ силы; их массивность достаточна, чтобы противостоять подземным толчкам. Грубая литая поверхность прочеканена вручную, открывая многоцветные включения заполнителя — естественного камня. «Рукотворность», прямое участие народа в создании постройки, а не щегольские «высокие технологии» определяют характер образа. Над зданием поднимается пирамидальная группа одинаковых небольших куполов, не имеющих барабанов, — конструкция, основанная на расчленении пространства, также продиктована тектоникой, специфичной для активной сейсмической зоны.