Получил имя в честь ордена святого Александра Невского, учрежденного по мысли Петра I его супругой 25 мая 1725 г. Александр Невский (1220 — 1263) — князь новгородский, с 1252 г. великий князь владимирский, — прославил свое имя победой над шведами и немецкими рыцарями, умелой политикой ослабил тяготы монголо-татарского владычества. За заслуги по обеспечению безопасности Руси канонизирован русской православной церковью. Петр I придал новое значение культу святого князя. Сам император уподоблялся ему, одержав победы на Невских берегах. Создание новой столицы на землях новгородской епархии там, где некогда княжил Александр, служило доказательством укорененности Петербурга в историю России. Перенесение мощей Александра Невского в Петербург превращало его в покровителя новой столицы и новой России.

Андреевский зал назван в честь ордена святого апостола Андрея. Орден был основан Петром Великим 10 марта 1698 г. и подобно ордену Александра Невского должен был выражать культ апостола, связь и претензии новой России на ту геополитическую роль, на которую она претендовала со времени падения Византийской империи. Святой Андрей — первый из двенадцати апостолов, призванных Христом, и названный за это “Первозванным”, считался покровителем России. С именем апостола Андрея связана легенда, приписывающая ему путешествия по Греции и Руси. Согласно ей, апостол проповедовал христианство язычникам-славянам (в ознаменование этого воздвигнул крест на горах киевских, предрек великое будущее этому месту) и мылся в бане в Новгороде. Андреевский зал — тронный. Существенную роль здесь, помимо указанного, сыграла и семантика самого ордена. Смысл ее раскрывают буквы на оконечностях креста орденского знака. Латинские буквы SAPR означали начальные буквы слов: Святой Андрей Покровитель России (Sanktus Andreas Patronus Russia). Апостол Андрей рассматривался в России как двойник его брата Петра, тезоименитого русскому императору и со времени царствования первого российского императора считавшегося его покровителем и олицетворением. Благодаря святому Андрею русская православная церковь обрела статус апостольской. Ее происхождение связывалось с именем этого апостола и уравнивало ее с католической, связывавшей свое происхождение с апостолом Петром. Первозванность апостола должна была свидетельствовать о более высоком статусе православной русской церкви, а значит и России, по сравнению с католическими странами.

Наконец, последний в ряду парадных орденских залов — Тронный зал императрицы, бывшей начальницей (орденмейстером) Екатерининского ордена. Буквы DSFR между лучами орденского креста означают Domine Salvum Fac Regem (“Господи, спаси царя…”, или “Боже, царя храни…”). Орден был основан Екатериной Алексеевной 24 ноября 1714 г. по случаю избавления ее мужа от турецкого плена во время Прутского похода.

Композиция и убранство залов подчинены общей идее, но выражают они ее по-разному в зависимости от посвящения и роли святого, чье имя носит тот или иной зал, в истории России. Так, храмоподобный Владимирский зал единственный из залов освещается световым фонарем, венчающим его могучий купол. Свет, льющийся сверху, как в храме, интерпретируется символически: “Переносит к той святой старине и в ту эпоху, когда святая религия соделалась народной и пролила свет свой от дворца великокняжеского до хижины простого славянина” 10 . Символичны композиция и пространственное построение зала. Он имеет своим прототипом баптистерии — крещальни (здания для крещения) круглой или многогранной в плане формы, увенчанные куполом. Квадратный зал благодаря устройству ниш в углах превращен в восьмигранник. Весь его облик вызывает ассоциации с прославленными баптистериями средневековой Италии в Пизе, Парме, Равенне, Флоренции. Это типологическое сходство содержательно связывает Владимирский зал с важнейшим в истории России фактом обращения ее в христианство.

В восточном корпусе за Владимирским расположен самый большой из залов дворца — Георгиевский. Его облик представляет полный контраст Владимирскому. Это своего рода громадная внутренняя площадь, перекрытая полуциркульным сводом. Размеры зала — 61 х 20,5 м. Национально-государственно-христианская символика облечена в совершенно другую форму. Во-первых, здесь использована символика размеров. Георгиевский зал Большого Кремлевского дворца имел ширину, равную ширине Георгиевского зала в восстановленом после пожара 1837 г. Зимнем дворце в Петербурге. Во-вторых, Георгиевский зал Большого Кремлевского дворца выполнял функцию музея русской воинской славы.

Распор гигантского свода белоснежного зала принимали расположенные на определенном расстоянии друг от друга массивные устои, подобные вдвинутым внутрь здания готическим контрфорсам 11 . На них опираются подпруж- ные арки. Столбы-устои имеют трехгранную форму. Выступ каждого из них венчает статуя богини Победы со щитом в руке (работа скульптора И.А. Витали). На щитах изображены гербы царств и областей, входивших в состав империи. Последовательность изображения гербов на щитах воссоздает очередность вхождения разных территорий в состав России. Летопись создания империи и умножения ее земель начинается справа от входа со стороны аванзала. На щите первой из статуй — Победы — дата: 1472 г., ознаменовавшийся завоеванием Перми, на щите последней — 1828 г. — год присоединения Армении. Между устоями контрфорсов на двух длинных продольных сторонах и в торцах расположены в два яруса ниши. В восточной и южной стенах устроены окна. На западной и северной сторонах в нишах, а также на откосах всех столбов помещены мраморные доски с именами 546 победоносных полков, начиная с Преображенского, и с именами георгиевских кавалеров.

В тронном Андреевском зале золотой трон был выполнен по образцу трона Ивана Грозного и украшен рельефом, изображавшим сцену присылки царского сана Владимиру Мономаху византийским императором. Над троном находилось изображение Всевидящего Ока в золотых лучах. Замысел архитектора поясняет описание современника: “Стены зала обиты матернею Андреевской ленты, и его голубой серебристоволнующий фон, кроме идеи ордена, вызывает у нас еще и другую: высоту неба и голубизну моря, идею того света и мудрости, источником которых для нас есть священный трон его величества как залог счастья и спокойствия России, ее величия и могущества. В этой зале особенно видна идея единства русской народности, православия и самодержавия. Здесь вся Русь, все ее представители окружают трон своего монарха как верные его подданные, как его дети… Над первым ярусом окон по поясу карниза, кругом всей залы размещены гербы всех царств, княжеств, областей и губерний, составляющих одно неразрывное целое, одну величайшую в свете монархию, управляемую одним главою, одушевляемую одной мыслью и чувством — и сильную своим единством… Вверху между окнами… крест апостола Андрея, повешенный на Андреевской цепи, которая, как золотой венок, окружает Андреевскую звезду, этим — крестом, венком и звездою — довершается высокая идея залы — над каждым царством, областью и губернией, словом: над всею Русью, везде виден ее покровитель — святой Андрей Первозванный” 12 .

Жилые апартаменты Большого Кремлевского дворца носят более интимный характер, который выражается в их обстановке, обилии мебели, особенностях ее расположения. В соответствии с новым пониманием пространства мебель отодвинута от стен и делит пространство на отдельные самостоятельные части. Однако и здесь, в связи с парадностью помещений, не предназначенных для обыденного времяпрепровождения, “везде видны гербы, девизы и орденские знаки, в которых, как в символических письменах, можно или читать историю Россию, ее славы и побед, или обозревать ее пределы и дивиться ее беспредельности, или взирать на ее покровителей и заступников, или, наконец, мы здесь созерцаем символ Промысла, благословение русского царя и его царства”.

Типичная для XVIII — первой четверти XIX в. идея прославления монарха принимает при Николае I иные формы, а главное, резко сокращается в объемах. Уподобление монарха римскому императору хотя и сохраняется, но ориентация на античность теряет свою единственность и безусловно господствующий характер. Совершенно выходит из практики чрезвычайно распространенное со времени Петра I уподобление монарха античным богам и героям. Историзм мышления и национальное возрождение, неотделимое от религиозного, рождают новые формы и способы прославления государства, в которых не остается места прежнему культу государя. Об этом красноречиво свидетельствуют парадные залы Большого Кремлевского дворца. Вместе с обожествлением государя уходит из парадных интерьеров императорских дворцов и мемориальная тема, осмысляемая как прославление военных подвигов государя и его сподвижников, тема военных побед.

Сооружение Большого Кремлевского дворца превратилось в демонстрацию и выражение средствами искусства доктрины царствования Николая I — официальной народности.