Антуан Куазево (1640-1720) был соперником Жирардона и также участвовал в украшении скульптурой садов Версаля. Сын скульптора из Лиона, он прибыл в Париж в 1657 году, где поначалу работал у Луи Лерамбера.

К 1666 году в возрасте 26 лет он уже получил звание придворного скульптора, а в 1678 году был назначен преподавателем в Парижскую академию. В 1702 году он встает во главе Академии.

Куазево был наиболее удачливым из скульпторов эпохи Людовика XIV: он получал ежегодное жалованье в 4 тысячи ливров и воспитал целое поколение скульпторов, включая своего племянника Николя (1659-1733) и Гийома Кусту Старшего (1677—1746). Таким образом, он оказал самое непосредственное влияние на французскую скульптуру XVIII века.

Огромное количество принадлежащих Куазево скульптурных портретов показывает, с какой тщательностью он изучал натуру; он никогда не прибегал к идеализации в своих портретах, однако умел найти требуемый образ с помощью костюма, выразительного жеста или введения в портрет элементов классики. Так, например, он одел герцогиню Бургундскую Марию-Аделаиду Савойскую в древнеримское одеяние богини Дианы. Монументальный гипсовый рельеф

«Триумф Людовика XIV» — одна из наиболее значительных работ Куазево — был выполнен как часть украшения стен Зала войны в Версальском дворце. Выступление короля на поле сражения напоминает сцены апофеоза, и Людовик предстает здесь в роли божественного правителя, наследника цезарей. Устремив взгляд вдаль и в будущее, этот покоритель врагов ожидает корону победителя из рук Победы, явившейся над его головой.

Куазево выполнил ряд надгробных памятников по заказам придворной аристократии, в том числе для министра Кольбера и кардинала Мазарини (см. слева). По форме они напоминают королевские надгробия XVI века в Сен-Дени. Облаченный в роскошное одеяние, кардинал изображен коленопреклоненным на высоко расположенном саркофаге, а «путто» пристроился рядом, держа в руках ликторские фасции.

И мраморные фигуры, и бронзовые аллегории добродетелей напоминают ранние работы самого Куазево, хотя две из последних созданы скульпторами Этьеном Ле Онгром (1628-1690) и Жаном-Батистом Тюби (1635-1700).

Хотя садовые скульптуры Куазево нередко сводились к простым копиям античных произведений, он тем не менее сумел избавиться от безжизненности и строгости, характерных для взглядов Академии. Помимо исторического значения, его работы (которые сегодня насчитывают около двухсот известных произведений) предоставляют еще и дополнительную информацию о культе божественного правления, окружавшем Людовика XIV.

Как и его брат Николя Кусту, который был племянником и учеником Антуана Куазево, Гийом Кусту Старший также одно время работал с этим мастером. В период между 1697 и 1703 годами он учился в Риме и по возвращении во Францию в 1704 году стал членом Академии изящных искусств, президентом которой он сделался в 1735 году. «Укротитель коня» — его выдающееся произведение, первоначально предназначавшееся для дворца Марли, а сегодня украшающее площадь Согласия в начале Елисейских полей. Лошадь пятится, а человек удерживает ее за узду почти в театральной манере. Это произведение должно символизировать природу, крепко удерживаемую руками человека. Грива и волосы остаются элементом украшения в духе рококо.

Эдме Бушардон (1698-1762), ученик Кусту, в своем творчестве объединил позднее французское рококо с формальными классическими элементами, приходя к раннему варианту неоклассицизма. Его основное произведение — фонтан на улице Гренель в Париже (см. вверху) встроен в структуру классического фасада с колоннами. Строение этой скульптурной композиции восходит к надгробиям капеллы Медичи во Флоренции.

Работа Рене-Мишеля Слодца (1705—1764) все еще несет на себе влияние формальных принципов римского ; его скульптуру можно сравнить по стилю с доклассической манерой Бушардона. Родившийся во французской художественной семье выходцев из Фландрии, он учился у своего отца Себастьена Слодца (1655-1726), прежде чем получить стипендию от Академии.

Он стал самостоятельным скульптором в Риме в период между 1736 и 1746 годами. Главные его произведения были выполнены именно в это время. Среди них мраморная композиция «Святой Бруно отказывается от епископства» в соборе св. Петра (1740-1744) и мавзолей Алессандро Грегорио Марчезе Каппони в церкви Сан Джованни деи Фьорентини (1745-1746). В Париже он работал вместе со своими братьями Себастьеном Антуаном (1695-1754) и Полем-Амбруазом (1702-1758) в основном над украшением дворца. Единственной монументальной его работой в этот период был надгробный памятник Жана-Батиста Ланге де Жержи (1757) в церкви Сен-Сюльпис в Париже.